«ЛИКВИДАЦИЯ»
4 серия


Краткое содержание:
При попытке выявить изготовителя поддельных накладных гибнет Фима, и дело приобретает для Гоцмана особое значение; теперь это уже не просто расследование, а месть за друга. Давид встречается с ворами и обещает «каждого второго лично задушить», если не найдут убийцу его друга Фимы. Воры дают сведения о Чекане, который работает на некоего «Академика».

О СЕРИАЛЕ...

В основу сценария лёг хранящийся ныне в музее истории органов внутренних дел Одесской области дневник Давида Михайловича Курлянда, служившего заместителем начальника Одесского уголовного розыска в послевоенные годы (вышел на пенсию в 1963, умер — в 1993 году) и ставшего, таким образом, прототипом Давида Гоцмана. Родственники Курлянда сильно разошлись во мнениях об его образе в сериале: если внук Владимир счёл, что Машкову удалось «Удивительно точно передать характер деда», то сын, Анатолий Давидович, категорически заявил, что создатели фильма «Мало того что сюжет фильма "содрали" с дневников моего отца, так ещё и его образ полностью исказили».

Съёмочный период картины продолжался с июня по ноябрь 2006 года. В сериале приняли участие три актёра из комик-труппы «Маски-шоу»: Олег Емцев (карточный шулер), Вадим Набоков (помощник Чусова) и Альберт Каспарянц (Рябов). На роль Фимы полужида был первоначально утверждён Андрей Краско. С ним был уже снят целый ряд сцен, но 4 июля 2006 года на ночных съёмках актёр почувствовал себя плохо и умер в «Скорой помощи» по дороге в больницу. Продюсеры в Москве в течение полутора-двух часов решали, продолжать ли снимать «Ликвидацию» или останавливаться и уезжать из Одессы. Решено было продолжать съёмки; роль Фимы исполнил Сергей Маковецкий. Пришлось переснять ранее отснятые сцены с Фимой, но в фильме всё же осталась одна сцена с Андреем Краско — та, где убитый Фима лежит лицом вниз.

Главная музыкальная тема сериала частично позаимствована композитором Энри Лолашвили из 3-й части 3-й симфонии фа мажор (соч. 90) Брамса — Poco allegretto. Этот факт был отмечен на премии Серебряная калоша-2009 в номинации «Плагиат года»

В 2007 г. одновременно с фильмом появилась его новеллизация - двухтомный роман «Ликвидация», выпущенный московским издательством «Росмэн-Пресс». Его автор - белорусский писатель, историк и телеведущий Вячеслав Бондаренко. Из-за ошибки издательства первое издание романа вышло без упоминания имени автора, из-за чего некоторые читатели сочли автором книги автора сценария фильма Алексея Пояркова. В 2008 г. вышло второе издание романа, где ошибка была исправлена.

Роман создавался на основе литературного сценария фильма одновременно с его съёмками. Поэтому в книге сохранены многие линии, от которых режиссёр картины отказался в процессе съёмок. Например, в сценарии и романе Эмик гибнет, а в фильме — нет. Кроме того, в романе исправлены многие фактические ошибки сценария, затем перекочевавшие в фильм. В частности, исправлена ошибка с интендантом 2-го ранга, попавшем под суд на 2-м Белорусском фронте в 1943 году.

Многие сюжетные линии романа сочинены его автором и не имеют аналогов ни в сценарии, ни в фильме. Так, в книге подробно изложена история и мотивация поступков Кречетова, которая остаётся для зрителей сериала загадкой, и история семьи Гоцмана.

ПРОТОТИП ДАВИДА ГОЦМАНА

Нашумевший сериал режиссера Сергея Урсуляка «Ликвидация», вышедший на экраны в 2007 году, увлек миллионы зрителей захватывающим сюжетом и блестящей игрой актеров. Но главной причиной популярности фильма был харизматичный образ Давида Гоцмана, воплощенный на экране Владимиром Машковым.

Владимир Машков и Давид Курлянд

У этого героя был реальный прототип — одессит Давид Курлянд, сотрудник уголовного розыска, гроза бандитов всех мастей.

Давид Курлянд

Давид Михайлович (Менделевич) Курлянд родился в Одессе в 1913 г. Семья жила на Молдаванке на улице Садиковской, 37. Его отец, строитель-печник, умер, когда мальчику было 7 лет. Некоторое время ему пришлось жить в детдоме, пока старший брат-красноармеец не вернулся в Одессу и забрал его оттуда. Это было время Гражданской войны и разгула преступности. Детдомовские были знакомы с миром криминала не понаслышке, очевидно, еще в те времена Давид решил бороться с бандитами и защищать честных граждан.

Давид Курлянд

Прежде чем стать сотрудником угрозыска, Давид Курлянд работал печником, сапожником, рабочим на фабрике. В Одесский уголовный розыск он попал по направлению комсомола. За несколько лет Давид прошел путь от помощника до старшего опера. Он раскрывал сложные дела одно за другим, тщательно планировал операции и не рисковал, как его экранный двойник, в одиночку отправляясь брать банду. Коллеги называли его «профессором по борьбе с бандитизмом», а уголовники — «одесским волкодавом».

Сотрудники милиции города Одессы

С началом ВОВ Курлянд принимал участие в обороне Одессы в 1941 г., а затем в эвакуации боролся с бандитизмом в Узбекистане. Ведь среди эвакуированных были валютчики, бандиты, дезертиры, а в их поиске чутье никогда Курлянда не подводило. Ему было всего 28 лет, когда его назначили заместителем начальника управления уголовного розыска Узбекистана.

По возвращении у Курлянда работы было хоть отбавляй — послевоенную Одессу буквально накрыло волной преступности. Разруха, нищета, голод и доступность оружия способствовали обострению криминогенной обстановки. Нехватка продовольствия толкала людей на преступления. Часто убивали офицеров, вернувшихся с фронта, за оружие и продуктовые карточки. Вооруженные дезертиры совершали разбойные нападения, убивая целые семьи.

Но в городе все-таки удалось навести порядок. Заместитель начальника одесского уголовного розыска Давид Курлянд не давал спуску бандитам. По словам сына Курлянда Анатолия, «отца уважали и боялись, в том числе и бандиты. Фамилия Курлянд приводила в ужас преступников». Ему удалось ликвидировать известную банду «Черная кошка», состоящую из 19 рецидивистов, а также банды «Додж ¾» и «Одесский Тарзан».

Памятник сотрудникам уголовного розыска

После выхода на пенсию в 1963 г. Курлянд еще долго читал лекции в школе МВД, участвовал в создании музея истории одесской милиции, в котором теперь можно увидеть экспозицию, посвященную самому Курлянду. В 2008 г. у входа в здание одесского областного управления МВД был открыт памятник сотрудникам одесского послевоенного уголовного розыска, который в народе называют памятником Давиду Курлянду.

О том, как в послевоенной Одессе боролись с преступностью, Давид Курлянд рассказал в своих воспоминаниях. Именно этот документ и стал основой для создания сценария «Ликвидации». Фильм вышел на экраны в 2007 г., через 14 лет после смерти Давида Курлянда.

Родственники Курлянда сильно разошлись во мнениях о его образе в сериале: если внук Владимир счел, что Машкову удалось точно передать характер деда, то сын, Анатолий Давидович, заявил, что создатели фильма «мало того, что сюжет фильма "содрали" с дневников отца, так еще и его образ полностью исказили. Владимир Машков только внешне смахивает на отца, но отец был добрее».

информация с сайта www.pikabu.ru

ЛЕГЕНДА О ЛИКВИДАЦИИ КРИМИНАЛА В ОДЕССЕ

Легенда о ликвидации криминала в Одессе — легенда о том, как маршал Жуков буквально в считанные дни ликвидировал преступность в Одессе. Как всё происходило на самом деле, рассказали работники одесского уголовного розыска, которые ловили бандитов в 1946 году.

Существует мнение, что маршал Жуков пострадал за то, что любил приписывать себе больше побед, чем одержал на самом деле. Расследование показало, что автором легенды был сам Жуков.

В марте 1946 года Жуков был назначен Главнокомандующим сухопутными войсками. Почти сразу после назначения его обвинили в присвоении трофеев и преувеличении своих заслуг в деле разгрома Гитлера, с личной формулировкой И. Сталина «присваивал себе разработку операций, к которым не имел никакого отношения».

«Трофейное дело»

Летом 1946 года состоялось заседание Главного Военного Совета, на котором разбиралось дело маршала Жукова по материалам допроса Главного маршала авиации А.А. Новикова, арестованного органами госбезопасности. В июне 1946 было начато расследование по так называемому «трофейному делу».

Материалы расследования свидетельствовали о том, что Жуковым из Германии было вывезено значительное количество мебели, произведений искусства и другого трофейного имущества в своё личное пользование. Так, у Жукова было изъято 17 золотых часов и 3 украшенных драгоценными камнями, 15 золотых кулонов, свыше 4000 метров ткани, 323 меховых шкурки, 44 ковра и гобелена, 55 картин, 55 ящиков посуды, 20 охотничьих ружей и т. д. Имущество было вывезено из дворцов Германии.

Жуков писал по этому поводу в объяснительной записке на имя секретаря ЦК ВКП (б) Жданова: «…Я признаю себя очень виновным в том, что не сдал всё это ненужное мне барахло куда-либо на склад, надеясь на то, что оно никому не нужно. Я даю крепкую клятву большевика — не допускать подобных ошибок и глупостей. Я уверен, что я ещё нужен буду Родине, великому вождю т. Сталину и партии».

Жуков был снят с должности Главкома сухопутных войск и, согласно решению Военного Совета, назначен Командующим войсками Одесского округа.

Расследование

Жуков тогда действительно командовал Одесским военным округом. Но какова была доля его, как руководителя, в разгроме криминала, и как всё это происходило на самом деле, не знает никто. Проблема преступности 30-х–40-х годов до сих пор остаётся тайной — одна из тщательно охраняемых государственных тайн.

Никакой информации о сводках и действиях маршала Жукова в «одесский» период нет даже в архивах КГБ. Одним словом, «борьба Жукова с одесскими ворами» не имеет ни единого документального подтверждения. Скорее всего эта история — всего лишь один из послевоенных мифов, который разносили по стране разъезжавшиеся по домам фронтовики.

Киногруппа под руководством Максима Файтельберга занялась исследованием этой темы, чтобы снять документальный фильм об операции, которой руководил Жуков. Они изучали вопросы одесской послевоенной преступности как отдельного явления, и фиксировали все этапы своего исследования на киноплёнку.

Документалисты столкнулись с проблемой засекреченности: все официальные обращения и в государственные архивы, и в ФСБ не дали никаких результатов. Тогда авторы фильма решили самостоятельно выяснить, что же происходило в городе в то время. Из документов, содержащихся в рассекреченной «Особой» папке Сталина, видно, что в 1946 году по всей стране было зафиксировано более 500 тысяч преступлений. Одесса в этих сводках никак не выделялась.

Однако легенда о ликвидации возникла не на пустом месте. Когда в 1946 году в Одессу прибыл маршал Жуков, молва тут же разнесла вполне логичный слух: если в город прислали самого маршала Победы, значит, дела здесь из рук вон плохи.

Действительно, война и послевоенная разруха спровоцировали в Одессе всплеск преступности. По словам одесского старожила, фронтовика, полковника в отставке Исая Бондарева, «это был период своего рода НЭПа, когда вся жизнь сосредоточилась на "Привозе", в коммерческих магазинах. Но эти магазины были доступны далеко не каждому одесситу. Для обычных рабочих булка хлеба стоила на рынке 100 рублей — это месячная заработная плата». Поэтому ночью город принадлежал вооружённым бандитам и грабителям.

По словам Михаила Ильченко, участника Парада Победы, персонального водителя Сталина, «как только сгущались сумерки, начинались грабежи. Люди уже не выходили на улицы. Одесса вымирала». Запуганные одесситы мечтали о герое, который взял бы на себя ответственность, переступил закон и разом, как в послереволюционные 20-е годы, перестрелял всех бандитов. Этим героем мог стать только маршал Жуков, который прибыл из Москвы по приказу Сталина.

Жуковский «Маскарад»

Многие знают, что в послевоенной Одессе проводилась операция по ликвидации преступности. Операция носила кодовое название — «Маскарад». Но подлинные её масштабы, участие Жукова, а главное — эффективность и результаты, сегодня вызывают у историков сомнения. Многие авторитетные исследователи делают вывод, что, скорее всего, она проходила больше на бумаге в виде мифических отчётов, чем в действительности.

«Думаю, Жуков сначала даже не знал, куда он попал. В Одессе все друг друга знают, всегда был определённый слой людей, которые держали руку на пульсе, контролировали все городские структуры сверху донизу. Можно было позвонить и сказать: "Моня, в чём дело? Давайте выпустим этого товарища". И его мгновенно выпускали», — рассказывает одесский историк и писатель Виктор Савченко, автор книги «Одесса масонская».

«Хотя статистика, которая представлялась в обком партии со стороны милиции, была явно занижена, всё равно уголовному розыску приходилось нелегко. Подчас за ночь совершалось до 70 ограблений. А всего в уголовном розыске работало 80 человек. Поэтому, когда приехал маршал Жуков, партийные органы обратились к нему с просьбой помочь в ликвидации преступности», — говорит режиссёр Максим Файтельберг.

И тут, по мнению сторонников операции «Маскарад», начались характерные для Жукова «перегибы». Возможно, им руководило желание выслужиться перед Сталиным, который отправил его в ссылку.

«Как только переодетые в гражданское офицеры Жукова замечали подозрительного, даже который просто подходил, чтобы попросить прикурить, они тут же открывали стрельбу на поражение. Им не нужны были аресты, они просто стреляли в людей, пока не отстреляли несколько сот человек за пару месяцев», — вспоминает Виктор Савченко.

Вот таков результат «блестящей» жуковской операции. К осени 1947 года Одесса была очищена от преступников.

Напоминаем, такова всего лишь одна из точек зрения и легенда, одним из авторов которой, похоже, был сам маршал Жуков.

На самом деле, правда до сих пор неизвестна. Бывший начальник политуправления МВД СССР генерал Зазулин утверждает, что уже на склоне дней Георгий Константинович не раз с гордостью рассказывал, как, будучи в Одессе, за одну ночь убрал всех главарей преступных групп, расхитителей и воров. Но о «маскараде» с расстрелами на месте маршал ни разу не упоминал нигде. Так же как и в своих знаменитых мемуарах.

С другой стороны, считается, что именно благодаря этим событиям в начале 70-х годов министр внутренних дел СССР Щёлоков наградил Жукова знаком «Заслуженный работник МВД СССР».

Заслуги Жукова не оправдали доверия Сталина

21 февраля 1947 года в Москве открылся пленум ЦК ВКП (б). На первом же заседании Жукова вывели из состава Центрального комитета партии. В тот же день он пишет письмо Сталину с просьбой принять и выслушать. Сталин не отвечает. Жуков пишет ещё одно письмо. Кается в ошибках, главная из которых, по словам самого маршала, — переоценка своей роли в боевых операциях и потеря чувства большевистской скромности.

Из письма Жукова Сталину: «На заседании высшего военного совета я дал Вам слово в кратчайший срок устранить допущенные мною ошибки, и я своё слово выполняю. Работаю в округе много и с большим желанием. Прошу Вас, товарищ Сталин, оказать мне полное доверие, я Ваше доверие оправдаю».

В такой ситуации Георгий Жуков вряд ли решился бы отдавать приказы о расстрелах на улицах мирной Одессы, как это делали большевики в двадцатых годах.

А вот что говорит отставной полковник милиции Исай Бондарев, который в 1946 году был направлен в военную комендатуру Одессы: «В комендантской роте никаких указаний маршала Жукова, чтобы расстреливать бандитов на месте, не было и не могло быть. Мы действительно сотрудничали с работниками милиции, проводили повальные обыски, много обследовали чердаков, подвалов, где оккупанты оставили оружие. Были на выездах в Одессе, проверяли входящий и выходящий транспорт и, конечно, вместе патрулировали».

Через несколько месяцев Исая Григорьевича перевели на работу в местную милицию. Его участок располагался в районе вокзала и был насыщен воровскими «малинами». Информация о том, что в городе кто-то уничтожает преступников, сюда непременно бы докатилась. Многочисленные бандитские трупы ведь не скроешь.

«По-моему, это выдумка, — говорит Бондарев. — Я ничего такого не слышал, не видел и не знал, и разговоров тогда таких не было, потому что, как бы там ни было, а какие-то отрывки разговоров и таких действий доходили бы до нас, работников милиции».

С другой стороны, маршал Жуков всё-таки мог участвовать в наведении порядка в Одессе. Вот по какой причине. Почти половина всех вооружённых грабежей, убийств и пьяных выходок со стрельбой в первые послевоенные годы приходилась на долю молодых фронтовиков и военнослужащих. Вчерашние фронтовики чувствовали себягероями-победителями, проливавшими за страну кровь.

Они вправе были рассчитывать на благодарность. Но разрушенная, нищая страна не в состоянии была дать им то, что они заслужили. Особенно тяжело приходилось тем, кто ушёл на войну со школьной скамьи. У них не было ни семьи, ни образования, ни профессии. Зато было привезённое с фронта оружие и умение убивать. Нежелание подчиняться гражданским законам и плохое снабжение делали людей в погонах чуть ли не самой криминализированной средой в те годы.

И Одесский военный округ не был исключением. Из докладной записки начальнику милиции Одессы и первому секретарю Ленинского райкома партии Одессы: «…прошу воздействовать на командиров частей, допускающих безобразие и уголовные преступления со стороны военнослужащих, так как это приняло уже массовый характер. Начальник 5 отдела милиции г. Одессы».

Подобные донесения с требованием воздействовать на военных поступают из всех одесских райотделов. Так что у руководства города были все основания обратиться к командующему округом маршалу Жукову.

В 1946 году от измученного преступниками населения во все инстанции идут гневные письма. Даже в избирательных бюллетенях люди пишут: «Требуем навести порядок. Доколе мы будем жить в страхе перед уголовниками». И снова, как в 30-е годы, издаются Указы, ужесточающие наказание. Органам МВД дано право решать судьбу задержанных, минуя суд. Улицы городов патрулируют вооружённые отряды.

«В правоохранительные структуры пришли фронтовики. Если речь шла о задержании какой-нибудь криминальной группы, то сначала стреляли, а потом говорили: "Стой, кто идёт". Для этого не надо было никакого Жукова. Да и не его это, не маршальское дело гонятся за преступниками. Он и так велик сам по себе», — рассказывает военный историк Николай Барбашин.

Осенью 1947 года в стране собрали новый урожай зерновых, и люди перестали умирать от голода. К 1948 году отменили карточки. Вскоре снизились и цены на продукты. Вчерашние фронтовики адаптировались к мирной жизни. Сыграли тут свою роль и жёсткие милицейские меры. Как бы там ни было, ситуация в стране стабилизировалась. Одесса не была исключением. Но город упорно продолжал связывать улучшение обстановки с одним именем: с Жуковым.

Тем временем Сталин решил нанести окончательный удар по авторитету прославленного маршала. К тому же два года ссылки в Одессе, с точки зрения вождя, были недостаточным наказанием за гордыню. 20 января 1948 года Политбюро обвиняет Жукова в присвоении трофейных ценностей. В постановлении сказано: «Жуков заслуживает исключения из партии и придания суду. В качестве наказания направить командовать более мелким военным округом». Так маршал Победы оказался в уральском изгнании.

Георгий Константинович Жуков — военачальник, Маршал Советского Союза с 1943 года, министр обороны (1955–1957). Единственный четырежды Герой Советского Союза, кавалер двух орденов «Победа» и множества других советских и иностранных орденов и медалей. Многие считают Г.К. Жукова выдающимся, наиболее известным полководцем Второй мировой войны, с чьим именем связано большинство громких побед в войне. После парада Победы был признан всенародно, как маршал Победы. В послевоенное время занимал пост Главкома сухопутных войск, командовал Одесским, затем Уральским военными округами. В 1957 году исключён из состава ЦК партии, снят со всех постов в армии и в 1958 году отправлен в отставку.

По материалам фильма:
«Маршал Жуков против бандитов Одессы. Правда о "Ликвидации"»

информация с сайта www.epochtimes.ru

МАРШАЛ И ОДЕССА

Полуисторическая быль. 1945 год. Сталин склоняется над картой: "Ну что ж, Польша и Украина теперь наши, советские, только как между ними границу провести? Если отталкиваться от истории, то там сам черт ногу сломает. А что по этому поводу думает товарищ Жуков?". Тот подходит к карте и опирается на нее своей рукой: "Я думаю вот так, товарищ Сталин". "Вот так" — с легкой руки прославленного советского маршала Георгия Жукова — и образовалась западная граница Украины.

Непосредственно свою судьбу прославленный советский маршал связал с Украиной, а именно с Одессой в 1946 году. Это были уже мирные, послевоенные годы, но этот период, как ни странно, потребовал от Георгия Константиновича не меньше жизненных сил, чем его личное участие в самых жарких, кровопролитных сражениях. Дело в том, что, как и Пушкин, Жуков прибыл в Одессу в ссылку…

1946 год — это пик популярности Жукова. Его имя — размашистой подписью под Актом о капитуляции фашистской Германии — уже вписано в историю. Более того, именно ему, Жукову, Верховный главнокомандующий поручает принять вместо себя Парад победы или, уж если быть более точным, Парад победителей, и тем самым поставить финальную точку в Великой Отечественной войне. Казалось, перед маршалом раскрывались радужные перспективы. Однако будь на месте Жукова более искушенный в политических комбинациях аппаратчик, он тут же задумался бы над этим. Ведь диктатура как политическая система подразумевает, что на ее верхушке остается только один. А Сталин ни делить, ни тем более уступать свою власть никому не собирался. Более того, Жуков и стоящие за ним генералы после войны превратились для него не только в опасных соперников, но и в ненужных свидетелей его простых человеческих слабостей, которые он никак не мог скрыть. Особенно в первые годы войны.

Пока шла война и генералы были нужны на фронтах, Сталин терпел, но сражения закончились, и необходимо было навести жесткий порядок, показать, кто в доме Хозяин. Первый звонок прозвучал еще в декабре 1945-го, когда Сталин послал проверить Жукова замглавы НКВД Виктора Абакумова. Жуков отправил его в Москву, не позволив арестовать офицеров.

По всем признакам приезд Виктора Абакумова в оккупированную Германию — вотчину Жукова — это "разведка боем" Сталина, и она дала результаты. Хозяин понял, что пока маршал в войсках, ему его не одолеть…

Вскоре был назначен новый министр внутренних дел, что по табели о рангах где-то даже выше маршальского звания Жукова. Им и стал Абакумов, которого маршал так неосмотрительно стращал гауптвахтой. Умел, что ни говори, Иосиф Виссарионович создавать политические противовесы. Апофеозом этого скрытого противостояния между ним и Жуковым как раз и стали организация и проведение Парада победы. Помните эти обошедшие весь мир кадры кинохроники? Под перезвон московских курантов Жуков как былинный богатырь, в золотом сиянии маршальских погон и многочисленных орденов и медалей, на белом скакуне несется по искрящемуся булыжнику Красной площади. Почему он, а не Сам? Отдав приказ проводить Парад победы ему, Хозяин поднимает Жукова на недосягаемую для когорты других полководцев высоту лишь для того, чтобы буквально через месяц с треском сбросить оттуда.

У Жукова, как, впрочем, и у других генералов, после войны серьезно прогрессирует "звездная болезнь". Он позволяет себе такие вольности, которые раньше никогда не допускал. Вот конкретный пример. Сталин должен фотографироваться с генералами для снимка в центральную газету. Но его задержали какие-то дела. Официальную съемку перенесли. Вот тогда Жуков и предложил сфотографироваться без Верховного, на память, так сказать. А сам сел на ЕГО место. Тут же компрометирующую фотографию напечатали в газете и положили на стол Хозяину с соответствующими комментариями. Такого Сталин не прощал. А ведь были еще и другие примеры.

Однако мы хотим обратить внимание на то, что Жуков командовал не одним, а двумя Парадами победы. Причем историческая ценность первого куда выше второго. Сразу по окончании штурма Берлина Жуков принимал там, как его называли, "Парад на крови". Дело в том, что, готовя дорогу для прохождения войск, бульдозеры зарывали еще не высохшие лужи солдатской крови. У нас никто никогда открыто не говорил и тем более не писал об этом. По исторической закономерности, Парад победы должен был состояться в столице поверженной Германии, и участие в нем должны были принять не только советские войска, но и союзники. И он состоялся! Но, увы, ветер холодной войны между вчерашними братьями по оружию уже начал разводить их по разным окопам. Как утверждают очевидцы, наши бывшие союзники сделали все для того, чтобы если и не сорвать парад, то хотя бы принизить историческое значение этого события. Один факт. Жукова, принимающего парад в соответствии с тогдашним Уставом на коне, а не в автомобиле, как было принято у союзников, американские военные журналисты, делающие отчет о данном мероприятии, обозвали "циркачом", а сам парад — "балаганом"…

Тогда перевод этой статьи так и не попал на стол Жукову. Не нашлось желающих доложить ему о ней. Другое отношение, естественно, было к подготовке и проведению Парада победы в Москве. И именно он подвел черту под взаимоотношениями между Хозяином и маршалом. Суд над Жуковым состоялся 1 июня 1946 года на заседании Высшего военного Совета. Сталин пришел на него в довоенном френче.

По наблюдениям, он надевал его тогда, когда настроение у него было грозное. И гроза разразилась. На основании обвинений, как позже будет установлено, выбитых следствием из командующего ВВС генерала Александра Новикова (друга и боевого соратника Георгия Константиновича), его обвиняли в организации заговора с целью захвата власти. По делу уже были арестованы 75 человек. За Жукова вступились Василевский, Рокоссовский, Рыбалко. Особенно вдохновенным было выступление в защиту Жукова маршала Ивана Конева.

С исторической точки зрения, казалось бы, все ясно. В 1941 году Жуков спас Конева от неминуемого расстрела, когда немцы наголову разгромили Западный фронт, которым командовал Конев, и вплотную подошли к Москве. Конев своим выступлением как бы возвращал долг Жукову. Все логично, если не знать историю их взаимоотношений лет через 20 после тех событий. Буквально через несколько лет Жуков и Конев станут непримиримыми врагами. Поговаривали даже, что уже в пожилом возрасте они пытались выяснить отношения врукопашную, проще говоря, набить друг другу морду. Ну а пока Конев защищал Жукова как самого себя…

Существует несколько исторических версий спасения Жукова. По одной (щадящей) — Сталин сказал, что Жукову он "верит, и за годы войны узнал его, пожалуй, лучше, чем самого себя… но из Москвы ему придется уехать". По другой — Сталин походил по кабинету, подошел к Жукову. Тот поднялся, весь бледный — жуткий момент. Хозяин поднял руку, словно глаза хотел выцарапать, это обычно с ним бывало в момент сильнейшего раздражения, и зло произнес: "Все великие русские полководцы — Суворов, Кутузов, даже Скобелев были скромны. Вам же этих качеств не хватает. Ишь ты, Наполеон нашелся, один войну выиграл". И как пощечина: "Направить в Одессу, командующим!".

Надо ли говорить о том, в каком настроении прибыл в Одессу прославленный маршал. Да и толком прибыть в нее ему не дали.

Слух о том, что едет сам Жуков, облетел город мгновенно. Восторженная толпа начала собираться на вокзале. Об этом немедленно просигнализировали в Москву. Оттуда дали соответствующее указание. Жукова с поезда сняли, усадили в машину и вот так, скрываясь, окружными путями доставили к штабу. Не теряя ни минуты, маршал приступил к исполнению обязанностей командующего Краснознаменным Одесским округом. Сначала знакомство с руководством округа, затем с офицерами штаба. В актовый зал увидеть знаменитого Жукова набилось много народу. Секунда в секунду в назначенное время ординарцы закрыли двери. Тут же с другой стороны раздались возмущенные голоса опоздавших. "Не впускать, — распорядился Жуков, — надо на совещания являться вовремя, а не когда вздумается. А кто опоздает еще раз, отправлю в войска!"

Офицеры переглянулись, поняв, что с прибытием Жукова служба пойдет веселая. В Музее вооруженных сил бывшего Краснознаменного Одесского округа бережно сохраняется реликвия — стол, за которым работал маршал, причем это не просто стол, а реликвия того "веселого времени", с которым связана одна удивительная история. Маршал работал за столом, когда неожиданно заметил полковника, испуганно жмущегося у двери. "Ты кто?" — в бешенстве рявкнул прославленный маршал. "Прокурор Краснознаменного Одесского округа, — испуганно пролепетал полковник, — пришел представиться по случаю вхождения в должность". "А почему не постучался?" — прорычал Жуков. Полковника "заклинило". Скорее всего, он стучался, просто туговатый на ухо после контузии Жуков не расслышал. Но разве может полковник объяснить что-то маршалу. "По-пластунски к столу, марш! — приказал Жуков. — Будешь знать, как в следующий раз надо стучать в дверь командующего". И прокурор Краснознаменного Одесского округа пополз! А что было делать, ведь за столом сидел сам Жуков…

Иезуитство Сталина в выборе места ссылки Жукова заключалось в том, что штаб округа в Одессе был, но самих войск не было. Они дислоцировались в Румынии и Болгарии, и только начали возвращаться. Части надо было размещать, обустраивать, организовывать в них боевую подготовку, а это значит, надо было регулярно ходить на поклон к местным партийным царькам. А этого, как известно, Жуков не любил.

Но он бы не был собой, если и в такой ситуации не подмял бы всех и все под себя. В то время Одесса переживала пик бандитизма. Через порт шел огромный поток вывозимых из Европы грузов, город был наводнен оружием, ночью в его районах вспыхивали даже перестрелки. Жуков проблему бандитизма решил кроваво и беспощадно. По его приказанию всем военным было выдано оружие, в городе были введены патрули. Начальнику разведки Жуков приказал переодеть разведчиков в добротные трофейные костюмы, выдать увесистые чемоданы и приказал в таком виде патрулировать по самым темным одесским закоулкам. В случае нападения — стрелять без раздумий. Погибло много народу, но с бандитизмом в Одессе было покончено. Как бандитский мир Одессы признал авторитет нового "пахана", рассказывает такая легенда. У Жукова во время заседания в Оперном театре пропали именные часы. Он попросил начальника милиции разобраться. Каково было его удивление, когда в своем тщательно охраняемом доме он нашел свои часы и записку следующего содержания: "Дорогой, любимый наш маршал Жуков! Это сделали не мы, а ростовская шпана. У нас, одесских воров, что-то украсть у вас никогда не поднялась бы рука. Счастья, здоровья, наш боевой маршал".

…Устав реагировать на сигналы из Одессы об узурпации власти Жуковым, Сталин направил туда комиссию во главе с министром обороны Николаем Булганиным. Встречать своего начальника Жуков отказался, посчитав ниже своего маршальского достоинства козырять гражданскому, и поплатился за это. Больших недостатков в обучении войск комиссия не нашла, а вот чемоданы компромата на Жукова Сталину привезла. Маршал нажил много врагов не только в партруководстве, но и среди своих подчиненных. Одесса лежала еще в развалинах, а в Аркадии уже начали строиться многоэтажные дачи генералов и местной номенклатуры. Все дачи Жуков отберет и отдаст под детские дома. При нем в Одесском округе будет заведен ряд дел о хищении среди высших должностных лиц. Но был тогда в городе человек, который не боялся Жукова. На улице Мясоедовской в послевоенные годы находился номенклатурный магазин для генералов и маршалов Советского Союза. Продавали в нем, по нашим понятиям, обычный ширпотреб, а для времени послевоенной разрухи — несметные богатства.

Так вот швейцар этого магазина был единственным человеком в Одессе, который мог сидеть в присутствии Жукова. В послевоенной Одессе он был известной личностью: бывший личный конюх его императорского величества Николая ІІ, чудом избежал чекистских застенков. Знал ли о его прошлом Жуков? Очевидцы утверждают, что знал, поэтому и выделял. И свое отношение к расстрелу царской семьи Жуков тоже выскажет, правда, уже не в Одессе, а в Свердловске. На одном из партийных собраний к Жукову протиснется подвыпивший дедок, который представится знаменитым большевиком Ермаковым, участником расстрела царской семьи, и протянет руку для приветствия. Жуков демонстративно повернется к нему спиной. В то время и в той ситуации, когда Жуков с минуты на минуту ожидал ареста, когда в его приемной открыто стоял пулемет, согласитесь, этот жест мог стоить ему жизни.

С другой стороны, в течение всего полководческого пути Жукова сопровождают реки человеческой крови, тысячи изломанных человеческих судеб. Вот несколько армейских баек из жизни военачальника.

1941 год. Подмосковье. Зима. Жуков приезжает на передовую и требует силами батальона московского ополчения срочно захватить какую-то высоту. Атака не подготовлена. Нет артиллерии и танков. Атаковать немцев — это значит в полный рост идти на пулеметы. Но сказать об этом суровому Жукову никто не решается. Атака, естественно, захлебывается в самом начале. Немцы даже из пушек не стреляли. Положили пулеметным огнем наших в снег, не давая поднять голову. К вечеру от батальона остались лишь холмики снега. Жуков, так и не дождавшись итогов атаки, уехал к себе в штаб. Когда ему доложили, что весь батальон погиб, а его командир застрелился, он бросил в его адрес: "Слюнтяй…".

А вот еще одна байка о Жукове уже из его одесской биографии. Чабанка, полигон. Мелко моросит дождь. Все офицеры, включая командующего, тут же облачились в плащ-палатки. Лишь один полковник не сделал этого. Жуков тут же спросил: "Почему экипирован не по форме?". Полковник доложил, что по существующему положению о вещевом довольствии офицеров плащ-палатка выдается всем офицерам бесплатно, за исключением полковников, которые ее покупают за собственные деньги. И пояснил, что только на днях перевелся в Одессу и вынужден снимать жилье, кормить семью, а денег на все катастрофически не хватает. Жуков брезгливо поморщился и приказал начвещу: "Выдайте плащ-палатку". И добавил: "Товарищу ПОДПОЛКОВНИКУ…"

Но странное дело, слово "палач" к Жукову так и не пристало. А не произошло этого потому, что, несмотря на стальную броню, в груди у него все же билось большое человеческое сердце, хотя некоторые историки пытаются доказать, что это не так.

Вот пример. В одной части Жуков попросил показать, как живут офицеры, чем вызвал буквально шок у сопровождающих его лиц. Необычность данной просьбы могут понять только люди, жившие в те времена. Только что закончилась война, голод, разруха, с новой силой начинает раскручиваться механизм репрессий, человеческая жизнь не стоит и копейки, а тут… Жукова привели в офицерскую землянку. Там он застал жену офицера и спящего ребенка. Маршал спросил: "Почему не на работе?". Та ответила, что работы нет, а от голодной смерти спасает паек мужа. Жуков спросил, почему ребенок не в школе. Женщина говорит, что из-за постоянной сырости он болеет. Жуков сел на кровать и минут двадцать сидел так, положа руку на голову мальчика, затем, не попрощавшись, вышел. Когда вечером офицер пришел домой, не поверил, что в его землянке побывал сам Жуков. Но поверить в это пришлось. На следующий день прибыл ординарец маршала с тремя путевками в санаторий и небольшой суммой денег из фонда командующего.

Другой пример. К Жукову пришел начфин и сообщил, что по статье "Встреча делегаций" остались неизрасходованные деньги, и если их не истратить, они пропадут. Жуков хмыкнул: "Ящик коньяка и закуску для иностранцев я всегда найду. Лучше этими деньгами премируйте моих офицеров. Только не тех, что в тылу штаны просиживали, а тех, кто со мной на учениях были. Смори, я проверю". И ведь проверил!

…Покинул Жуков Одессу так же неожиданно, как в нее и приехал. После отъезда комиссии Булганина в кабинете маршала раздался звонок. Сталин: "Товарищ Жуков, мне докладывают, на одном из совещаний вы сказали, что Одесский округ так вам мал, что вы им занимаетесь до обеда, а после обеда своими личными делами". Жуков: "А кто это вам доложил, товарищ Сталин?". Сталин: "Неважно, вы отвечайте по существу вопроса". Жуков: "Говорил, товарищ Сталин". Тут в разговоре возникает чисто сталинская пауза, когда в прямом смысле решается твоя судьба; понять это могут лишь люди, жившие в то время. Сталин (после долгого молчания): "Хорошо, мы подберем вам округ в соответствии с вашим боевым опытом".

…Вот так Жуков попал в Новосибирский военный округ. Традиционной для русского человека, обладающего бунтарским духом, ссылки в Сибирь ему избежать не удалось…

Андрей ПИГАРЕВ, Новомир ЦАРИХИН
«Киевский ТелеграфЪ» 24 - 30 ноября 2006

информация с сайта www.c-cafe.ru




Вячеслав Бондаренко
«Ликвидация»