«Ликвидация»

- Давай, давай, - поощрил он Фиму. Пожав плечами, тот извлек из карманов еще три пачки, которые Гоцман аккуратно уложил обратно в ящик. Под ироническим взглядом Якименко Фима обиженно фыркнул, пожал плечами и закатил глаза к небу.

- Будешь? - Гоцман вынул из нагрудного кармана пачку папирос.

Глаза пацана загорелись. Еще бы, «Сальве» вместо махры!.. Он аккуратно подцепил грязными ногтями две папиросины, одну тут же сунул за ухо, а вторую предложил Гоцману:

- Держи. Я угощаю.

- Себе оставь, - обронил Гоцман. - Ну, показывай, куда идти…

Богатое оказалось место, куда их привел девятилетний шкет, ох и богатое. Под потолком млела в жестяном наморднике тусклая лампочка, в кулаке у Гоцмана - карманный фонарь. А на полках аккуратными рядами лежали комплекты военного обмундирования. Гимнастерки, брюки, шинели, кители… Остро, терпко пахло кирпичной пылью и чуть глуше - тканью, успевшей полежать в душном помещении.

- Я уже подсчитал… - Голос Фимы глухо бился в потолок и углы подвала. - Уже подсчитал. Около тысячи комплектов. Почти дивизия.

- Полк, - сухо уточнил Гоцман.

Фима пожал плечами, мол, не возражаю. Стоя у полок, Гоцман быстро перебирал одежду. Новенькая. Недавно пошитая.

- Шо за военные? - обернувшись, спросил он у маячившего рядом пацана.

- А я знаю? - солидно ответил тот. - Приехали, сгрузили, замок навесили…

- Давид, тут еще одна заморочка, - окликнул от двери Фима.

Подойдя ближе, Гоцман молча осветил фонариком притороченную к косяку связку мощных противотанковых гранат. С одной чеки свисал тонкий шнур…

- Я шнурок-то порезал, - пояснил Фима. - Но кто-то ж его поставил. Это не блатные. Почерк не их.

- Да я уж схавал, - сумрачно отозвался Гоцман.

36