«Ликвидация»

- Есть! - с готовностью козырнул рыжий Саня.

Гоцман, не оглядываясь на Фиму, стремительно шагал по улице. То и дело ему кланялись и говорили что-то приветливое, но он, против обыкновения, не замечал.

- Шо ты кипятишься как агицин паровоз!.. - Фима, ускорив шаг, забежал чуть вперед и искательно заглянул в насупленное лицо друга. - Доктор, умная душа, тебя просил не волноваться и ходить. А ты шо?

- А я хожу вот! - рявкнул Гоцман, не останавливаясь. - И еще, Фима! Еще раз замечу, что ты тыришь реквизируемый вещь - посажу! И не делай мне невинность на лице!.. Да, да, за ту самую махорку!

Фима неопределенным жестом воздел руки, что можно было понять и как «будьте покойны, гражданин начальник», и как «ну вот, опять завели шарманку». Впрочем, лицо Гоцмана от этого не помягчело, и Фима почел за благо перевести стрелки:

- Так ты доехал до военных прокуроров? И шо они?

Но сбить Гоцмана с темы было не так-то легко. Особенно когда на него накатывало. А сейчас, похоже, накатило.

- Мне дико интересно, с чего ты живешь? Нигде не работаешь, цельные дни болтаешься за нами…

- Я болтаюсь? - сплюнул Фима. - А кто Сеньку Шалого расколол? Кто схрон с военными шмотками нарыл?!

- Хочешь помочь нам - шагай в постовые, - пожал плечами Гоцман. - Годик отстоишь, потом поговорим за перевод в УГРО…

- Шо? Я?! -– взвился от негодования Фима. - В уличные попки?!

- А шо? - снова пожал плечами Гоцман. - Я год был на подхвате поначалу…

Но теперь понесло уже Фиму. Он замер посреди тротуара, уперев руки в боки, так что прохожим приходилось обтекать его, как реке - утес.

46