«Ликвидация»

Врач склонился над саквояжем. В разгромленную комнату заглянул дядя Ешта, пальцем поманил Гоцмана:

- Давид, это не наши…

- Я выясню! - пообещал Гоцман, раздувая ноздри. - Я очень выясню!..

***

После найденного Арсениным аспирина ему не то что полегчало, но, по крайней мере, отбойный молоток, до этого момента работавший в черепе, сжалился и резко сбавил свои стахановские темпы. Опрос жильцов, как и следовало ожидать, ничего не дал - двор спал, никто ничего подозрительного не видел и не слышал. След, который взял на галерее знаменитый сыскной пес Рекс, вывел на улицу и оборвался через два квартала, из чего Черноуцану сделал вывод, что покушавшийся сел в поджидавший его автомобиль.

- Еще счастье, что не утром начали смотреть, - мельком заметил он, - тогда наверняка бы затерли. А сейчас извольте - «Додж-три четвертых», пожалуйста…

- По шинам видать?

- По шинам…

Остаток ночи Давид провел в управлении. А утром, в восемь часов, в дежурке затрещал телефон.

- Товарищ подполковник!.. - Дежурный лейтенант, просунувший голову в дверь кабинета, от усердия часто моргал. - Двойное убийство на автобазе!..

- Грехи мои тяжкие, - прорычал Гоцман, с трудом отрывая тяжелую голову от стола, за которым спал. - Опергруппа, на выезд…

***

По узкой улочке, примыкавшей к той части порта, где размещалась Карантинная гавань, ветер с моря мел мелкий мусор - щепки, обертки, обрывки старых газет. В подворотне, скучая, подпирал стену гоп-стопник Черный - высокий толстомордый парень в офицерском кителе, перешитом под пиджак.

336