«Ликвидация»

Арсенин неохотно покосился на Давида.

- Рапорт - да, подал…

- Шо так? Надоело у нас?

Лицо военврача стало сухим, официальным.

- Это допрос?..

- Да нет, - покачал головой Гоцман. - Кажется, пока нормально разговариваю…

- Ну, тогда я нормально и отвечу, - так же сухо хмыкнул Арсенин. - По семейным обстоятельствам… А с фронтом… - Он собирался было что-то сказать, но передумал: - Да нет, ничего. Мало ли что покажется.

Они помолчали. Гоцман без аппетита жевал разваренную рыбу, осторожно выбирая крупные кости, Арсенин, морщась, прихлебывал лимонад.

- А за Марка шо скажешь? - понизив голос, чтобы не услышали Марк и Галя, наконец поинтересовался Давид.

- Не знаю… - хмуро покачал головой Арсенин. - У него депрессия… Отсутствие смысла жизни, по-видимому. Он ушел от старого и не может найти ничего нового… Плюс эти неожиданные прозрения… прорывы в другое измерение… Сложно это… Нужно его чем-то занять… - Он со стуком отставил пустой стакан, поднялся из-за стола. - Спасибо вам, Галя. Все было очень вкусно…

- Та шо ж вы, Андрей Викторович… и не поилы ничого, а вже нас бросаете… - растерянно произнесла Галя, взглядом ища поддержки Давида. Но тот, насупившись, смотрел в сторону.

- До свиданья, Марк, - кивнул Арсенин молчаливому Марку. - До свиданья… - Он обернулся к Давиду, словно собираясь назвать и его по имени. Но оборвал себя на полуслове.

410