Василь Быков «Третья ракета»

Ему никто не отвечает. Желтых стоит, вслушиваясь в тревожную тишину. Впереди над холмами взлетает первая за сегодняшний вечер ракета. Теряя огневые капли, она разгорается, полминуты мигает далеким дрожащим огнем и гаснет.

- А ты не очень-то! - говорит Желтых. - Гляди, кабы боком не вылезло. Дошутишься.

- Ха! Двум костлявым не бывать - одной не миновать. Подумаешь!..

Ребята снова усаживаются вокруг палатки, опасливо поглядывая в сторону немцев, а Люся, видно еще не успокоившись, стоит на выходе из окопа.

- Ой, неужели вы не боитесь? - спрашивает она Задорожного.

- А чего бояться?

- Завидую смелым, - говорит Люся и вздыхает. - А я все не привыкну… Трусиха такая, ужас…

И тут я вижу Кривенка: он сосредоточенно и молчаливо сидит на прежнем месте и курит из кулака. Однако его безрассудная храбрость, кажется, остается никем не замеченной.

Задорожный тем временем, с аппетитом облизав ложку, встает во весь рост, потягивается и снова обращается к Люсе:

- Смелее, Люсик! С нами не пропадешь! Идем провожу тебя до второго расчета.

- Нет, спасибо, я сама, - отвечает Люся. - Где-то моя сумка? Не помню, куда и бросила.

- Здесь сумка, - каким-то приглушенным голосом впервые отзывается

Кривенок.

Лешка, однако, выхватывает из его рук сумку и подает Люсе. Она надевает ее через плечо и обходит огневую, чтобы выйти на тропку, ведущую во второй батальон. Рядом идет Задорожный.

- Спасибо за ужин, мальчики. До свиданья.

- Ауфвидерзей, - развязно бросает нам Задорожный. - Я на секунду.

- Приходи почаще, - говорит Желтых Люсе. - Не забывай нас!

Я подхожу к Кривенку, поднимаю с земли опрокинутый котелок. Потом сажусь рядом и начинаю медленно жевать сухую горбушку хлеба.

21

Система Orphus

Василь Быков «Третья ракета»