Игорь Ильинский "Сам о себе"

страница 496

Я с радостью увидел, что П. М. Садовский вовсе не отказывается от «трюков» и «украшений» и сам мне их предлагает, но я увидел, что эти трюки как бы вытекают из самой жизни образа, а не являются отдельной выдумкой. Генерал Крутицкий, в упоении декламируя Озерова в трагической позе и не замечая ухода Клеопатры Львовны Мамаевой, царапает ногтями дверь; после любовных воспоминаний в сцене с Турусиной, уходя, подрыгивает и поводит ногой; дирижирует линейкой, когда Глумов скороговоркой произносит заученный отрывок из его «произведения». Пьяный Мурзавецкий спиной идет к самой рампе и чуть не падает в оркестр, задерживаемый в последний момент тростью Лыняева…

С радостью ухватывая и дополняя режиссерские предложения своей выдумкой, я не мог не чувствовать, что эти «украшения» сливаются с линией роли, поэтому они мне становились особенно дороги.

Часто я шел еще по старой дороге: хотел уйти пьяным на четвереньках со сцены в поисках своего друга, собаки Тамерлана, но Пров Михайлович мягко переводил меня в свою веру и уводил от резкостей, которые так соблазнительны для актера, становящегося порой незаметно для себя на путь угождения дурным вкусам зрителей.

Я с интересом сделал несколько наблюдений над работой Прова Михайловича с моими товарищами.

Пров Михайлович предлагал исполнительнице роли Глафиры в «Волках и овцах» Д. В. Зеркаловой удивительно наивные и свежие краски, кристальные по своей ясности.

страница 496

Игорь Ильинский "Сам о себе"