«Москва бандитская»

Иваньков и его приятели, хорошо знакомые с методами оперативных служб, даже по телефону говорили условными фразами, выставляли контрнаблюдателей в местах встреч, устраивали на машинах "карусель", чтобы проверить и отсечь хвост. В мае 1981 года стало известно, что бандиты собираются на отдых к Черному морю. И хотя документирование преступлений было далеко до завершения, руководители спецслужб откладывать арест не решились. Япончика с его маскарадами и вооруженными налетами терпеть дольше было невозможно. Накануне отъезда 14 мая заранее спланированная акция по задержанию членов банды удачно проведена сыщиками Петровки, 38 и их старшими братьями из Комитета госбезопасности.

Из пикантных деталей ареста. Япончик, которого в "шестерке" блокировало сразу несколько автомобилей, сдаваться без боя не хотел. Он даже таранил машину оперативников, а те вынуждены были дважды стрелять по колесам. После задержания у вора в законе, официально являвшегося шизофреником инвалидом II группы, изъяли три поддельных водительских удостоверения и четыре паспорта на разные имена, но с его, Иваньковской, фотографией. Это не считая множества бланков, трудовых книжек и прочих документов строгой отчетности. Примерно при таких же обстоятельствах проходило задержание дружков.

Как и следовало ожидать, следствие и суд оказались серьезнейшими испытаниями для правоохранительных органов. Как рассказал участвовавший в процессе начальник отдела МУРа Владимир Пронь, имелась информация готовящемся нападении на конвой во время этапирования Иванькова из "Матросской Тишины" в зал судебного заседания. Япончика собирался освободить его давний друг рецидивист Бец, который находился в розыске за убийство двенадцати человек. (Позже Беца застрелили в багажнике машины его бывшие подельники.) Нападения не последовало, но меры предосторожности конвой применял серьезные. Каждый раз меняли маршрут движения, впервые был задействован ОМОН. Специальную круглосуточную охрану, такое было тоже первый раз, выделили судье.

Тем не менее сложностей избежать не удалось. Свидетели вдруг начали жаловаться на забывчивость, доказательная база затрещала по швам, и, если бы не особое внимание, которое уделялось делу Иванькова, приговор, вероятно, оказался бы мягче (в окончательном варианте обвинения фигурировал лишь один эпизод вымогательства под угрозой оружия). Подельники получили солидные сроки, а сам главарь, приговоренный к 14 годам лишения свободы, в ореоле "правильного вора" отправился за решетку.

152