«Москва бандитская»

Партийная номенклатура планомерно и скрупулезно, в течение нескольких лет начиная с 1985 года, овладевала главенствующими высотами трансформируемой экономики. По некоторым данным, к 1991 году из страны был вывезен практически весь золотой запас. Вчерашние партработники, подучив депутатские мандаты или став хозяйственниками, засучив рукава включились в распределение сырьевых ресурсов и недвижимости, добывали лицензии на экспорт, разрешения на торговлю государственными фондами на биржах и получали громадные беспроцентные кредиты. Тысячи совместных предприятий перекачивали деньги на счета в западные банки, оборотистые авантюристы в кратчайшие сроки сколачивали состояния. В Цюрихе, Женеве, Нью-Йорке и Париже вчерашние борцы с буржуазной идеологией открывали представительства своих фирм, используя связи и возможности всемогущего КГБ и его резидентуры.

Но было бы нелепо обходить вниманием ту сферу, которую называют кровью экономики. Финансы сразу попали под особый контроль номенклатуры. В растущих как грибы после дождя банках прокручивались многомиллионные суммы, обналичивались "воздушные" деньги, открывались валютные счета. Правда, финансовые вопросы - область особая, тут недостаточно понимать "важность текущего момента" и обладать связями и корпоративностью бывшего аппаратчика. Поэтому во многих банках кадры подбирались так же, как руководители партийной верхушки в республиках бывшего СССР: первый секретарь - местный товарищ, а второе лицо-человек Москвы. (Зачем изобретать велосипед - исторический опыт на что?) Глава банка, разумеется проверенный и надежный, назначался из настоящих профессионалов, а его заместитель подбирался из соответствующих кругов…

Почему председателем Московского профбанка оказался Александр Петров? Выбравшие его кандидатуру действовали, конечно, осознанно. Петров родился в Люберцах, в простой семье, окончил Московский финансовый институт, считался отличным специалистом в своей области. Он работал в Министерстве цветной металлургии, преподавал в заочном финансовом институте. Кроме того, Петров выезжал за границу, что в те годы говорило о многом. Один из руководителей Московской федерации профсоюзов, допрошенный в качестве свидетеля после августовского путча, когда проверялась версия о переводе денег КПСС под видом профсоюзных на счета коммерческих банков, дал покойному Петрову интересную и неожиданную характеристику. По его утверждениям, председатель профбанка не раз упоминал о своем коротком знакомстве с крупными финансистами Англии. Трудно сказать, насколько точна информация, но скорее всего Петров являлся не тем, за кого его принимали даже знавшие долгие годы люди.

188