«Москва бандитская 2»

Второе пришествие

Положение воров всегда зависело от ситуации в обществе, отражало его приоритеты - духовные, нравственные и даже экономические и политические. После почти полного уничтожения клана к середине пятидесятых, с наступлением хрущевской оттепели, наметился ренессанс воровского движения. При брежневском правлении уголовная элита не только вернула утраченные позиции, но трансформировалась и приобрела новые, отвечающие изменившимся экономическим ориентирам качества.

По существу, именно на воров в законе или их доверенных лиц опирались инициаторы так называемой перестройки. Дельцы и цеховики, перекупщики и мелкие производственники, валютчики, торговцы антиквариатом и петрушкой на колхозных рынках, шабашники и промысловики - все они, кто раньше, а кто позже, оказались под опекой имеющих связи, опыт организаторов и влияние лидеров преступной среды.

В хаосе бездарно реформируемой экономики (опыт "младших" братьев по бывшему соцлагерю тому подтверждение) первыми удар приняли крупные промышленные предприятия, заводы-гиганты и в меньшей степени, в силу автономии и менталитета, сельскохозяйственные и агротехнические объединения. В реалии нового периода удачнее вписывались небольшие коммерческие структуры, особенно торговые и посреднические, которые и в былые времена вели двойную бухгалтерию, знали о теневой экономике не понаслышке. В этих условиях воры в законе получили уникальную возможность выбить себе лучшие места под солнцем не только в привычном зарешеченном мире. И законники свой шанс не упустили.

Лимузины, особняки и совершенно неисполнимые еще вчера путешествия по заграницам… Казалось, их восхождению не может помешать ничто. Но жизнь преподнесла неприятный сюрприз. В условиях, когда законы не работали, а карательные органы находились в ступоре политической трансформации, многие процессы в обществе регламентировались силой мышц и отсутствием рефлексий. Так на социальную сцену вышли коротко стриженные завсегдатаи качалок и дисциплинированные воспитанники школ ДОСААФ. Жить под ворами они не захотели. Началась война на истребление.

75