«Москва бандитская 3»

Услышав ответ сыщиков, парень без какого-либо стеснения начал рассуждать вслух:

- Так, если дадут десятку, то освобожусь в тридцать лет. Нормально, давайте бумагу, чистосердечное признание писать буду.

По свидетельству начальника СОМа Алексея Кохова, задержанный молодой человек был совершенно спокоен. Об убийстве собственных родителей он рассказывал так, словно речь шла о вынужденном умерщвлении надоевших комнатных рыбок или волнистых попугайчиков.

Он продумал все заранее. Как такое мог совершить родной сын? И ведь предвидел мельчайшие детали, рассчитал время, даже реакцию родителей предусмотрел. Он был готов к крови, стонам, агонии матери и отца. Да что говорить - достаточно взять цитату из его признания: «Когда отцу голову прострелил - он сразу рухнул. Только из виска и затылка фонтанчики крови забили - вот это зрелище!»

Или другой фрагмент первого допроса:

- Я не помню, сколько раз в мать выстрелил. Четыре или два… В барабане точно один патрон остался. Наверное, так: в маму - два раза, а в отца - четыре…

- А с отцом ты что сделал?

- Я его… Как это называется? Четвертовал!

- Наверное, расчленил?

- Да, расчленил. Отрезал ноги, руки, голову с частью груди. И еще пополам тело… Пилил кости пилой по металлу, а кожу резал большим ножом… »

Вечером в день убийства Виктор М. помогал отцу делать межкомнатную дверь. Около семи позвонила мать. Как обычно, просила встретить после работы. Перед выходом из дома отец решил еще чуть-чуть посверлить. Виктор подошел к музыкальному центру, включил радио погромче. Затем вытащил припрятанный в шкафу револьвер.

Отец, ничего не подозревая, возился с электродрелью. Виктор подошел сзади и в упор трижды выстрелил ему в голову. Отец рухнул на деревянные бруски. Их потом пришлось тоже вытаскивать на помойку.

312