«Серийные убийцы»

Из показаний Евсеева:

"Она сразу закричала, вцепилась в меня и оцарапала верхнюю губу. Я ударил ее ножом раз десять-двенадцать. Она упала на спину. Оттащил ее к ящикам. Мимо шли люди, кто-то останавливался, смотрел в мою сторону. Я нарочно грубо сказал: "Что надо? Идите своей дорогой"; А потом, как будто обращаясь к женщине: "Ну, вставай, опять нализалась!". Снял серьги, перстень, сапоги, содрал белье. Когда вроде бы никто не проходил, совершил с ней половой акт. Потом сходил в кочегарку, взял лопату, прикопал тело".

Позже удалось установить несколько людей, видевших, как "мужчина склонился над лежавшей женщиной", потащил ее к стене магазина. Один из прохожих вспомнил и описал одежду этого мужчины, другой - его рост и внешность. Более того, в той же кочегарке через полчаса Евсеев уже пропивал деньги жертвы, закусывая любимым лакомством - селедкой…

Заместитель начальника Главного управления по организованной преступности МВД России Владимир Топыричев, работавший в те годы рядовым сыщиком, вспомнил патологическую страсть Евсеева к селедке. Находясь в следственном изоляторе и являясь на очередной допрос, убийца первым делом спрашивал: "Селедку не забыли?" и немедленно сжирал рыбу вместе с костями - только голову отрывал.

…В кочегарке собутыльники Евсеева заметили на его лице свежую царапину. Один из пьянчужек даже повздорил с ним из-за чего-то, и тот с угрозой вытащил самодельный нож.

Через неделю Евсеев был задержан, а на одном из первых допросов признался не только в убийстве женщины в Софрино, но и десятках других преступлений. Приговор суда ни у кого удивления не вызвал - исключительная мера наказания.

Дело хотьковского маньяка напоминает историю Ионесяна. Но еще больше кровавое дело перекликается с деталями нападений на женщин зимой 1994 года "охотника за шубами" Александра Чайки.

Он появился в Москве через двадцать лет после Евсеева и, к счастью, не успел развернуться. Сотрудники МУРа вычислили серийника уже через две недели. Но об этом речь впереди.

47