«Следствие продолжается»

Потом оперативники выяснили, что ночных ездоков в районе Лефортова останавливали гаишники. История едва не закончилась стрельбой. У одного из бандитов в руке был пистолет Макарова с патроном в патроннике. И инструкции Жуликова звучали однозначно: в случае опасности стрелять без колебаний. Но до этого не дошло, получив небольшие «отступные», гаишник махнул жезлом: проезжай, черт с тобой…

Впрочем, может быть, и хорошо, что вышло именно так. Представим себе, что могло бы произойти, нарвись бандиты на принципиальных и дотошных инспекторов. Как в том анекдоте: «А почему у вас труп в багажнике?» — «Это последняя воля покойника». «А документ есть?» — «Пожалуйста! Вот нотариально заверенное завещание…» У бандитов справки от нотариуса не было. Значит, появился бы еще один, а может быть, и два трупа. И не факт, что эти обстоятельства помогли бы скорейшему изобличению банды…

Труп Яковенцева решили сжечь на заброшенном пустыре недалеко от Рогожского кладбища. Там же туристическим топориком отчленили голову и спрятали ее в спортивную сумку. Затем тело облили бензином и подожгли, бросив сверху пустую канистру. Огонь заполыхал сразу и даже испугал бандитов: слишком высоко поднимались языки пламени. Дождавшись, когда догорит бензин, они снова отправились в путь. Нужно было избавляться от второго трупа. По дороге, проезжая по набережной Яузы, выбросили сумку с головой в воду. Кто теперь найдет?..

Вытаскивать Боева было еще труднее. Говорят, что покойники тяжелее живых. Предрассудки, конечно, но Боев был словно из чугуна. Да и для налетчиков это была уже третья ездка за ночь. И все на нервах, ни присесть, ни перекурить…

Несмотря на стылый февральский рассвет, обливались потом. С трудом донесли до машины, уложили в багажник. Рядом протекает Москва-река. Подъехали как можно ближе к воде, вытащили сверток. Жуликов развернул покрывало и вгляделся в лицо убитого. И вдруг заметил, что тот еще дышит: «А, Серега, ты еще жив?» В руках главаря появился топорик для разделки мяса.

127