«Следствие продолжается»

Я открыла дверь и стала ждать, когда она поднимется. В тот день лифт в подъезде не работал, так что девочке пришлось подниматься пешком. Однако прошло гораздо больше времени, чем требуется для того, чтобы подняться. Прошло около семи минут. Я стала беспокоиться, вышла на лестничную площадку и стала спускаться вниз. Пройдя несколько пролетов, я услышала внизу какие-то шорохи, а затем увидела дочь. Одежда на ней была растрепана, ослаблен шарф, воротник водолазки выступал наружу. Я почувствовала, что произошло какое-то неприятное событие. Дочь бросилась ко мне и сказала: «Мама, он рыжий!»

Это лишь один из многих эпизодов нападений подонка на школьниц. Все жертвы были девяти—тринадцати лет. Причем ни по своим внешним данным, ни по одежде они не имели между собой ничего общего. Правда, некая общая деталь все же прослеживалась.

— В процессе расследования я общался со всеми потерпевшими, — говорит Виталий Кулеба. — Все девочки были тихонями, спокойными, не способными поднять голос, закричать. А педофил был неплохим психологом. Он как зверь выбирал себе подходящую жертву. И единственным критерием отбора являлась покорность девочек, их неумение за себя постоять.

Эти выводы подтверждаются материалами дела. Ни разу девочки не пытались убежать, позвать на помощь. Хотя маньяк не использовал оружие и не применял грубую физическую силу. Он запугивал жертв голосом… впрочем, много ли нужно, чтобы подавить волю растерянных от неожиданного нападения маленьких девчушек?

Из показаний десятилетней Зои Ф.:

«У подъезда я позвонила по домофону. Мама открыла дверь, и я вошла в подъезд. Со мной вместе зашел незнакомый мужчина. Родители мне не разрешают ездить в лифте с чужими, поэтому я пошла пешком. Между вторым и третьим этажами тот мужчина догнал меня и преградил дорогу. Я испугалась, а мужчина присел рядом и приподнял полы моего пальто. Потом он спустил мои брюки, колготки и трусы и велел повернуться к нему спиной. Я послушалась, так как сильно испугалась… Потом мне стало очень больно… Затем он повернул меня к себе лицом и снял с моей шеи крестик с цепочкой, которые подарила мама».

244