Павел Нилин «Через кладбище»

- Кого забрали?

- Этого парня. А пистолет у меня хранится. Никто, кроме Евы, не знает где. И то дурак, что ей сказал…

- Покажи, - без особой заинтересованности попросил Михась. - У меня тоже был итальянский.

На крыльцо вышел Василий Егорович. Он медленно, держась за поручни, спускался с крыльца, в ватной телогрейке, в стареньких подшитых валенках, хотя было еще не холодно.

- Потом, - увидев отца, почти прошептал Феликс. - Потом покажу. Я сам в партизаны все равно не пойду. Мне характер не позволяет. И кроме того, я болею. У меня рука не действует. Я с детства сухорукий.

Втроем они вошли в деревянную пристройку за домом. Здесь когда-то, еще до войны, был коровник, а теперь - мастерская. Верстак. Большие и малые тиски. На верстаке - паяльная лампа, молотки, зубила, дрель, метчики. На стене, на вбитых в стену крюках, - два велосипеда. Под ними - ведра, кастрюли, примус, две железные печки, чайник без, носика, самовар.

У верстака - полуразобранный мотоцикл.

Мотоцикл этот - мечта детства - сразу же привлек внимание Михася. Он даже протянул было руку, чтобы потрогать кожаное сиденье. Но это выглядело бы несолидным. И он показал рукой на кухонную утварь у стены, на изломанные ходики, улыбнулся:

- Значит, по-прежнему есть заказчики?

- Заказчики-то есть, да толку от них мало, - поднял Василий Егорович с пола обрывок резинового шланга и бросил его в угол. - Плохо платят, задерживают плату. Ни у кого ничего нет. В прошлом году было лучше. И мукой платили, и солью, и сахаром. Масло даже приносили. А сейчас худо…

55

Система Orphus

Павел Нилин «Через кладбище»