Павел Нилин «Через кладбище»

Михась жалеет, что не догадался обуться во дворе. Очень жалеет, потому что из-за перегородки выходит Ева.

В длинной белой рубашке в призрачном свете луны она походит на привидение, какими в детстве бабушка стращала Михася. Но это не привидение, это - Ева, большая, теплая, пахнущая свежим сеном, что ли. И необыкновенно красивая, ну просто сердце рвет, какая красивая.

- Тебе что, стало плохо? - протягивает она к Михасю руки. - Очень плохо?

- Нет, почему? Мне хорошо, - улыбается Михась. - Я хочу, пока ночь, уйти. Тихонько.

- Ну как же это? Ты уходишь вот так - вдруг?

- Я еще зайду, - несколько смущенно говорит Михась. - Может, еще ночью даже заеду. С одним человеком. Короче говоря, может, с Сазоном Иванычем заеду. Нам все-таки надо забрать тол. Это очень срочное дело.

- Но как же ты пойдешь? Я тебе хотела утром, может быть удастся, достать хороший аусвайс. Печать у тебя особенно неважная…

- Ничего, как-нибудь. Ходил и без аусвайсов. Ничего.

- Ну как же это? Я хотела тебе еще что-то сказать. Может, покормить тебя?

- Нет, ничего не надо. Спасибо. И так все было хорошо. Спасибо. Я пошел.

- Ну как же? - опять говорит Ева. Она растерянна, почти беспомощна сейчас. И в беспомощности этой, в сонной рассеянности особенно удивительна и прекрасна. - Я хотела тебе еще что-то сказать. Я забыла, что я хотела тебе сказать…

Михасю трудно, неловко сейчас смотреть на нее. Он краснеет, даже потеет. Но не может оторвать глаз от ее высокой, чуть трепещущей под рубашкой груди.

157

Система Orphus

Павел Нилин «Через кладбище»