«Грани русского раскола»

капитализма – Москве – та же федосеевская Преображенская община богатством и влиянием намного превосходила рогожскую (поповскую)1. Однако в пореформенное время положение меняется: на первый план активно выдвигаются рогожане. Эта предпринимательская трансформация даже дала основания утверждать, что с развитием промышленности и банковского промысла произошло вытеснение капитала беспоповцев. По мнению некоторых ученых, о его существовании после погромов Николая I уже почти не слышно. Такие процессы зависели от степени экономической организации основных течений раскола: поповцы имели развитый, властвующий капитал, а беспоповцы находились на стадии первоначального накопления капитала2. С данным фактом трудно не согласиться; однако стадиальность развития, положенная в основу этих рассуждений, все же не проясняет того, почему, собственно, происходило так, а не иначе.

Можно определенно сказать, что во второй половине XIX столетия поповский капитал вырастает до всероссийских масштабов, а беспоповский остается уделом мелких и, в лучшем случае, средних бизнес-слоев. Это утверждение наглядно иллюстрирует галерея крупных старообрядческих фабрикантов пореформенного времени. В ней представлены практически одни только поповцы, а беспоповцы являются редкими исключениями, как, например, братья Гучковы, В.А. Кокорев, одна из ветвей морозовского клана в лице Викулы Морозова. На наш взгляд, такую закономерность определяли отнюдь не экономические, а религиозные факторы; если говорить точнее, специфика не экономической, а религиозной организации двух течений раскола. Ключевым моментом здесь стало учреждение у поповцев так называемой белокриницкой иерархии3. Именно это

1 См.: Зеньковский С.А. Русское старообрядчество. М., 2006. Т. 2. С. 431.

2 См.: Никольский Н.М. Раскол в первой половине XIX века // В кн.: История реформ в России в XIX веке. М., 2001. С. 375.

3 Белокриницкая иерархия (по названию местечка Белая Криница на Буковине в Австрийской империи) основана в 1846 году с присоединением к старообрядчеству митрополита босно-сараевского Амвросия. Этому предшествовали настойчивые попытки поповского согласия обрести каноническую устойчивость в получении служителей для исполнения религиозного культа. В течение долгого периода согласие пользовалось услугами беглых попов из господствующей церкви, которых перекрещивали по старому обряду. Однако масштабные николаевские гонения сделали невозможным продолжение этой практики. Тогда верхи поповщины нашли выход в присоединении к старообрядчеству опального боснийского митрополита, чтобы с его помощью провести постановление священнослужителей и тем самым дать новую жизнь своей иерархии. Подробнее об этом, например, см.: Старообрядчество. Опыт энциклопедического словаря. М., 1996. С. 44-47; Мельников Ф.Е. Краткая история древлеправославной (старообрядческой) Церкви. Барнаул. 1999. С. 160-314 и др.

169