«Корни сталинского большевизма»

и при определении границ между собственно сектантами и теми, которые позиционировали себя в качестве православных. Например, сами хлыстовские объединения относили себя к православным, ссылаясь на то, что их учение никогда не было осуждено.1

Вообще хлысты пользовались наибольшей симпатией российской интеллигенции, которая уверенно считала их третьим по численности религиозным сообществом в России после господствующего церковного православия и старообрядчества. Хлыстовство квалифицировали «наиболее сильной, пламенной и организованной сектой», со свойственной ей легкостью духовного общения;2 считалось, здесь постоянно появляются новые пророки, увлекающие за собой множество страждущих людей.

В 1910-х годах за хлыстовством закрепилось более привлекательное название - Новый Израиль, которое подчеркивало его судьбоносное предназначение. Некоторые особо впечатлительные головы утверждали, что «в настоящее время хлыстовство охватило всю русскую землю».3 Отмечалось организационное построение хлыстовской среды, прошедшей путь от небольших разрозненных ячеек до цельного организма с налаженным управлением, заимствованным из апостольских времен и адаптированным к новым условиям.4 В этом усматривали прообраз будущей жизни, функционирующей не в соответствии с административными регламентами, а на прочных духовных основах.

Такая направленность мысли соответствовала культурным устремлениям Серебряного века. Вот как это выразил А. Блок: «стихийные люди, - писал он, - пока пребывают во сне, но их сон не похож на наши сны, так же, как поля России, не похожи на блистательную суету Невского проспекта».5 На наших глазах происходит пробуждение великана, и этот великан, представляющий

1 Кравецкий А. Церковная миссия в эпоху перемен (между проповедью и диалогом). - М., 2012. С. 385.

2 Бонч-Бруевич В.Д. Среди сектантов // Современный мир. 1910. № 1. С. 62.

3 Прот. Буткевич Т.И. Обзор русских сект и толков. - Харьков, 1910. С. 56.

4 Там же. С. 69-70.

5 Блок А. Стихия и культура // Блок А. Собр. соч. В 8 Т. Т. 5. - М., - Л., 1962. С. 356.

37