«Славянский разлом»

6. Идеологическая архитектура никонианства

Единение Украины с Московией, как показано в предыдущей главе, коренным образом отличается от череды событий подобного рода. В данном случае речь не столько о присоединении очередной территории, сколько об обретении фундамента, на котором энергично возводилось новое государство. Афонские разработки XIV века о Малой (коренной) Руси и Великой (расширенной) — обрели вторую жизнь, вновь превратившись в ключевой инструмент порабощения нашей страны. В соответствии с византийским образом «всея Руси», Малая (то есть Киевская) Русь объявлялась истинным началом всей России, существование последней без Украины подавалось как некая неполноценность или аномалия. А потому необходимо выправить исторический дефект — вернуть страну к истокам, очистить её от всего наносного. Исходя из этой схемы, долгое пребывание вне «родины-матери», то есть вне Украины, испортило московитов, требовало религиозно-нравственного исцеления «заблудших». Лекарством провозглашалось «правильное» православие киевской церкви, через греков сохранившее всю полноту веры.

Конечно, претворение в жизнь подобной затеи — задача не из лёгких, так как население огромной страны оценивало религиозную ситуацию с точностью до наоборот. В Московии издавна рассматривали свою веру выше греческой, отступившей от старины, и ориентироваться на константинопольские образцы признавалось недопустимым. Например, Стоглавый собор 1551 года принудил жителей Пскова, употреблявших на греческий манер троеперстие, перейти на московское двуперстие. Непосредственно же украинская церковь, пропитанная униатским

122