«Звёздные трагедии»

- Братцы! Что надо делать? - просто спросил Саша. И стал делать все, что нужно было театру, зрителям, фронту, наконец. Нашли место в программе, и он пел под свою гитару. Песни были не просто фронтовые, но, так сказать, с местным колоритом. С фронта уже шли сообщения о чеченце капитане Мазаеве, о снайпере Ханпаше Нурадилове - их героических подвигах… И Саша писал и пел песни о них. Был у нас в театре свой композитор - Саша Халепский, он придавал мелодиям кавказский колорит, но музыку сочинял сам Галич. Песни его имели оглушительный успех… Конечно, он стал и одним из главных наших актеров. По внешнему облику, по своей элегантности он очень подходил к ролям иностранцев. В обозрении «Москва - Лондон - Нью-Йорк» рассказывалось о боевой дружбе летчиков антифашистской коалиции, их подвигах… Материал мы брали из сообщений Совинформбюро, ну и, конечно, «сдабривали» его духом хемингуэевских героев. Саша с блеском играл какого-то американского летчика, пел песенки на английском. О! Сколько мы натерпелись от Обллита и Политуправления с этими песенками! О чем они? Что там говорится о «дяде Джо» (так называли в США Сталина)? Нет ли в них чего «порочащего»? Позже, когда мы написали пьеску о Праге и ее бойцах Сопротивления - «Злата Прага», Саша весьма убедительно сыграл чешского партизана и пел какие-то чешские и словацкие песенки…

Обычно мы играли в здании Грозненского театра имени Лермонтова, но выезжали и на периферию - в окрестные станицы, рабочие поселки, где зрителями были и солдаты расквартированных там частей, и местные жители…»

Однако в составе грозненского Театра народной героики Александр проработал недолго - до декабря. После того как он узнал, что в городе Чирчик под Ташкентом режиссер Валентин Плучек собирает арбузовских студийцев, он уезжает из Грозного.

386