«Звёздные трагедии»

Ровно через десять минут я очутился на Лубянке…»

В лубянской тюрьме Старостина продержали полтора года. Ему и его братьям упорно «шили» статью о покушении на жизнь самого Сталина: мол, будучи в сговоре с генсеком ЦК ВЛКСМ Александром Косаревым, братья собирались убить вождя всех народов во время парада на Красной площади в 1937 году (по мнению лубянских следователей, снайпер должен был спрятаться в макете огромной футбольной бутсы, которую везли по Красной площади). Однако Старостины отказывались подписывать протоколы и упорно гнули свою линию: мы ни в чем не виноваты. Так же вели себя и еще четыре спартаковца, арестованных по «делу Старостиных»: Евгений Архангельский, Станислав Леута, Петр Попов и Павел Тикстон (двое последних к тому же были мужьями сестер Старостиных).

В ноябре 1943 года состоялся суд над Старостиными и их «подельниками». Братья признали себя виновными (чтобы поскорее закончить свое пребывание в лубянских застенках), и им «впаяли» по десять лет лагерей. Архангельскому (он, кстати, единственный, кто не признал себя виновным) и Леуте дали по восемь лет.

Старостиных раскидали по разным лагерям. Но благодаря их фантастической популярности жизнь в неволе у них была более-менее сносная. Так, Александр стал тренером «Динамо» города Инта, а Николай - тренером ухтинского «Динамо». В обоих лагерях делами заправляли ярые фанаты футбола: в Инте генерал Барабанов, в Ухте - генерал Бурдаков. Лучше всего дела шли у Николая, при котором ухтинцы заиграли широко и размашисто. Самый сенсационный матч они сыграли против «Динамо» из Сыктывкара, разгромив его… 16:0. Бурдаков был на вершине счастья, и, будь его воля, он бы немедленно выпустил бы Старостина на свободу. Хотя в таком случае он бы потерял классного тренера.

615