«Кумиры всех поколений»

Потом он вдруг поднял глаза и заговорил со мной не как со студентом, а как с маститым актером: «Мне нужен Звездич, нужно то, то, то». Какой там Звездич - мне бы только на работу устроиться! Потом сказал: «Что вы будете показывать?»

В студии я читал Маяковского, еще у нас Маяковского читал Женя Урбанский. Я читал «Люблю», Женя - все остальное. Я, кстати, с тех пор Маяковского не читаю, потому что всегда вспоминаю Женю: он читал непревзойденно. У него был низкий голос, он сам был похож на Маяковского - такой скуластый, и, главное, прошел тяжкий путь - жил с репрессированными родителями и понимал, что читает. И что бы он ни читал, во всем была какая-то боль, желание улучшить существующее…

В комиссии сидели Марецкая, Плятт, Михайлов - ну, будь здоров! И я, идиот, стал читать, подражая Жене, и, конечно, провалился. Долго-долго они не выходили из-за стеклянной двери, а потом, видимо, Журавлев помог, и меня взяли. Я играл несколько спектаклей с Марецкой, Пляттом, Оленевым, «Лиззи Мак-Кей» - с Орловой. Даже стоять с ними рядом - уже был подарок. Я понимал, что это - великие…»

В Театре имени Моссовета Гафт проработал год и ушел оттуда по собственной инициативе. В спектакле «Выгодный жених» по пьесе братьев Тур он играл молодого парня, которого когда-то увезли в Америку, он там вырос, а затем вернулся на родину - в колхоз. Там он влюбился в девушку и вокруг этого крутилась вся интрига. Роль Гафту откровенно не нравилась, из-за чего у него постоянно возникали споры с режиссером (спектакль ставил Шапс).

В. Гафт вспоминает: «Мы были на гастролях в городе Сталино, до премьеры несколько дней, я чувствую: выйти на сцену не Могу. У меня, тогда молоденького мальчика, не было никакого опыта, но уже было чувство стыда: я понимал, что не могу участвовать в этом. Собрал шмотки и улетел в Москву. Естественно, меня уволили…»

275

страницы книги