«Досье на звёзд: кумиры всех поколений»

В. Винокур вспоминает: «Я никогда не занимался сатирой, тем, чего в этом государстве не было и не могло быть. Я занимался юмором. И поэтому был, наверное, приемлемым и удобным для всякой публики - и простой, и высокой. Концерты для партноменклатуры долго готовились, сдавались Министерству культуры, ЦК партии, в них участвовало много коллективов, обязательно - ансамблей: краснознаменных, народных. И обязательный участник тех концертов - великий кормчий - памятник Ленину, стоящий прямо на сцене Дворца съездов, на фоне декорации Кремля с исходящими лучами солнца. На тех концертах Хазанов или я были единственными артистами эстрады, которая тогда считалась задворками искусства. Искусством же был балет или то, что делает оперный певец, причем не обязательно исполняющий арию, а просто поющий оперным голосом, что Ленин все-таки все равно живой, а мы все - идем за партией, славя родину делами. На меня отводилось 2-3 минуты, не больше. Я выступал иногда под фонограмму, чтобы не дай Бог чего-нибудь не сказал лишнего. Фонограмму за ночь приходилось записывать, потому что переделывался (!) стихотворный текст. Я был удобнее всего. У меня были музыкальные номера, пародии на актеров…

Я выступал и на концертах, организованных для узкого круга членов правительства в банкетном зале Дворца съездов. Что это были за концерты? Слушателям было наплевать на сам концерт - шла пьянка за столом. И самыми забавными выглядели официанты - переодетые гэбисты с топорщившимся из-под смокинга оружием…».

На одном из таких закрытых концертов с Винокуром произошла забавная история, которая лично для него могла закончиться весьма грустно. Рассказывает свидетель тех событий Л. Оганезов: «Винокура позвали к Брежневу на банкет показывать пародии. А у него была пародия на Штоколова: он надувал щеки, делал бессмысленное лицо. Дошли мы до этого места, а я смотрю: Боже мой, получается вылитый Леонид Ильич! Сам Брежнев, конечно, ничего не заметил - хохочет, заливается. А Косыгин - он у них был самый соображающий - напрягся… Но ничего, пронесло…»

365