«Досье на звёзд: кумиры всех поколений»

И. Понаровская вспоминает: «Меня увезли в реанимацию. Сначала оживили, потом сделали снимок и увидели какое-то препятствие в нижнем мочеточнике. Спустя две недели пришлось лечь на операцию. Как выяснилось, это был не камень, а сужение протока, которое и пришлось оперировать, потому что сердце уже с трудом справлялось с чрезвычайной почечной нагрузкой. Представляете, на операционном столе, когда я была в глубоком наркозе, случилась еще одна остановка сердца. В истории болезни так и написано: две остановки сердца… Но на третий день после операции я уже делала зарядку, чтобы быстрее войти в форму. А ведь из меня во все стороны торчали аж восемь трубок!»

После всего пережитого Понаровская на некоторое время покинула сцену. Ее выздоровление не было таким быстрым, как ей того хотелось. Ей даже пришлось лечь в больницу в Ленинграде. Видимо, из-за смены климата и серьезной сердечной перегрузки у нее начались сильные отеки. Бывало, она вставала Утром с постели, подходила к зеркалу и не видела своих глаз. Даже руки нельзя было соединить - так они отекали. В иные Дни Понаровская поправлялась на 6 килограммов. Поэтому в больнице, параллельно с сердечными процедурами, она села на свою собственную диету и вскоре пошла на поправку. Однако, Когда она выписывалась из больницы, одна из врачей грустно заметила: «Вы уже никогда не сможете родить…». На что Понаровская ответила: «Вы не правы - у меня будет ребенок!»

В 1981 году Понаровская внезапно влюбилась в чернокожего музыканта Вейланда Родда. Его родители приплыли через океан в 30-х годах, познакомились и поженились в России. Отец закончил ГИТИС, играл в театре Мейерхольда, снимался в кино (сыграл Геркулеса в «Пятнадцатилетнем капитане» и папуаса Туя в «Миклухо-Маклае»), мать была пианисткой (она потом уехала обратно в США, живет в Майами).

398