«Досье на звёзд: кумиры всех поколений»

Так получилось, что на неприятности в работе вскоре наложились и неприятности в личной жизни актрисы. В июле 1997 года, давая интервью «Аргументам и фактам», Сафонова рассказала: «Сейчас мы с мужем не в разводе, но в состоянии глубочайшего конфликта. Старший сын от моего первого брака здесь, со мной, младший - в Париже. В чем причина конфликта? Муж поставил мне условие строго и даже ультимативно - заниматься домом. Я, наверное, могла бы запереться в четырех стенах, принести себя в жертву семье, детям, но вдруг поняла, что это для меня будет очень тяжело и я буду страдать…»

Как сложится личная жизнь Сафоновой в дальнейшем, гадать не берусь. Как говорится, поживем - увидим. Сама она смотрит в будущее с оптимизмом.

Из интервью Е. Сафоновой: «В Париже я не общаюсь с русской диаспорой. Она такая обширная и так разбросана по всей Франции, что надо, чтобы меня кто-то с ними познакомил. А знакомить некому. Муж у меня француз, французы с ними не общаются, и они с французами тоже. У меня там очень мало русских знакомых…

У меня случались панические казусы при виде собеседника, открыто зевающего в ответ на какие-либо мои рассуждения. Пришлось привыкнуть к тому, что для местных я - белая ворона. На себе почувствовала, что французы совершенно иные люди, нежели мы, россияне. Неважно, кто в чем хуже-лучше. Просто у нас диаметрально противоположный менталитет. Прежде всего французы меньше встречаются друг с другом, нет у них привычных для нас бытовых контактов. И это меня, прямо скажу, обескураживает. Прежде я запросто могла позвонить почти незнакомому человеку, или зайти к соседке попросить соли, или передать на полчасика ребенка, чтобы сбегать за продуктами в магазин. Здесь это немыслимо…

Старший сын, Ванечка, «приземлился» легче, чем я. Самое трудное после переезда - он обнаружил, что его сверстники, дяди и тети вокруг разговаривают на непонятном языке. Но уже сейчас Ванечка прекрасно говорит по-французски, ни в чем не отстает от ровесников. Однако меня тревожит, что он по-русски все понимает, но абсолютно перестал разговаривать на родном языке…

Париж, действительно, очень красивый, но, на мой взгляд, холодный, негостеприимный, за что и не люблю его, откровенно говоря. В душе навсегда осталась Москва…»

624