«Тайна Кутузовского проспекта»

- А где ее большая записная книжка? - тихо спросил Костенко.

- Так ведь здесь же, на столе должна быть… Большой книжки тоже не было…

… Дома у Мишани Ястреба (жену увезли на «скорой помощи», подозрение на обширный инфаркт) остался сын Мишка - до синевы бледный, трясущийся; сказал, что большую телефонную книжку папка взял с собой; все утро звонил куда-то, занято было, а потом плюнул, положил ее в «дипломат» и пошел в киоск.

- Кто ж папку-то моего? - Мишка сжал кулачки (не в пример отцу был худенький и жилистый). - За что?

- Ищем, Миш, - ответил Костенко. - Ты помнишь меня?

- Как не помнить?! Папка вашу фотографию всегда держал, заступник, говорил…

- Где эта фотография?

- В столе.

- Достань.

- А ее при обыске забрали… Пообещали, что завтра вечером вернут, только копии сделают.

- Тебе сколько? Тринадцать?

- Четырнадцать.

- Деньги есть?

- Мама оставила.

- Сам готовить умеешь?

- Мы с папкой сами мясо жарим… Жарили… Костенко вырвал листок из блокнота, написал свой телефон:

- Звони, Мишка… А если кто будет расспрашивать про обыск - это не потому, что против отца у нас зло… Полагается так… Начнут расспрашивать, а ты трубочку положи, крикни, мол, суп выкипает и звони от соседей вот по этому номеру: «Срочно для товарища Глинского»… Понял?

48