«Тайна Кутузовского проспекта»

- Я дело Фёдоровой не вел. Я оформлял документы, которые были заранее подготовлены… Пару раз побеседовали - и все.

- А он? - Костенко кивнул на фоторобот, не отводя немигающих глаз от лица Бакаренко.

- Иногда оставался с ней в камере, когда полковника Либачева вызывали на совещание… Вам бы лучше спросить обо всем этом деле Либачева, он был старшим, я - исполнительствовал…

- Либачев ее бил, да? - нажал Костенко.

- Зачем повторять досужие вымыслы, товарищ Костенко? Расшатаем доверие к органам, кто станет порядок держать, когда стачки станут всеобщими? Хотим получить вторую Польшу? Были садисты, слов нет, одни Кобуловы чего стоят… Но не надо же бросать тень на аппарат…

- Вы Фёдорову не били, я понимаю, Иван Львович… А он, - ткнув пальцем в фоторобот Хрена, спросил Костенко, - мог? В ваше отсутствие?

- К Зое Фёдоровой запрещенные методы следствия не применялись… Тем более, в деле были бесспорные улики: ее связь с американским разведчиком, разговоры с ним… Это все зафиксировано техникой… Но я не очень понимаю, зачем меня потребовалось вызывать в милицию, когда ее дело закрыто?

- Оно только начинается, Иван Львович.

- Вы мне предъявите, пожалуйста, удостоверение и постановление на допрос… Вы ж не совета у меня просите, товарищ Костенко… Вы допрашиваете меня… С нами такие фокусы не проходят…

- Постановление на допрос не выписывается, - Костенко достал из стола бланки допроса свидетеля, - что ж вы, юрист, а такие азы позабыли? Дело в том, что он, - Костенко снова ткнул пальцем в фоторобот Хрена, - связался с гражданином США, который проходил по делу Фёдоровой… А у меня к тому же есть показания ветерана партии Савушкина про то, как вы, лично вы, его били… Он написал об этом. Так вот, от того, как пойдет наша беседа, будет зависеть судьба этого письма: я вашей крови не жажду, мне лишь нужно докопаться до истины. Ясно?

67