«Тайна Кутузовского проспекта»

Он стукнул ладонью в дверь, конвоир сразу же рас пахнул ее, словно подслушивал; в темном коридоре, освещенном тусклым светом лампочки, забранной решеткой, Гуслин услышал хриплый хохот, доносившийся из соседней камеры.

- Посмотри в глазок, - сказал Костенко парню. - Полюбуйся на своих будущих учителей… Гуслин молча замотал головой.

- Да ты не бойся, - усмехнулся Костенко, - смотри, а то наклоню…

Тот приткнулся к глазку; три обросших детины в рванье гоготали, играя в «тюремное очко».

- Отворяйте камеру, сержант, - сказал Костенко.

- Не надо, - прошептал Гуслин. - Я скажу… Наводку на генерала дал Федька Рыжий, он со Стружкой в одном доме живет, на Кропоткинской…

Федькой Рыжим оказался Арсений Федяшкин, тридцати двух лет, судимый за квартирные кражи, официант кафе «Отдых»; попросив Ступакова установить связи пса, Костенко заглянул в кабинет, где Стружкин кончал строчить показания.

Дождавшись, когда тот поставил закорючистую подпись, разложил перед ним - трескучим карточным пасьянсом - поляроидные снимки.

- За дачу ложных показаний срок получишь, - сказал Костенко. - Бери второй лист и пиши про Рыжего.

- Про какого Рыжего? - Стружкин съежился, голос стал писклявым, слезливым, отчаянным.

- Ты мне вола не верти, паскуда… Арсений Федяшкин на очной ставке скажет правду, а ты умоешься большим сроком.

- Я без адвоката отвечать не буду…

- Ну и не надо… Никто тебя не понуждает говорить без адвоката… Валяй, вызывай… Только сначала я твоего адвоката к старику Строилову свожу… Поглядим, как он тебя после этого станет защищать.

262