«Тайна Кутузовского проспекта»

- Тихо, Никодимов, только тихо, кричать не надо, никто не поможет…

… Когда Никодимова и боевиков затащили на кухню к обмершему Пшенкину - вся операция продолжалась менее минуты, - в квартиру вошел Костенко.

- Здравствуйте, - сказал он литератору. - Костенко - это я… Человека, который должен был вас убить, зовут иначе, он никакой не полковник, бандюга по фамилии Никодимов… Разговор его с вами мы слышали, он записан на пленку, какая-никакая, все же техника у нас есть… Сейчас сюда придут эксперты, рукопись и записочку изымут, вам действительно ничего не грозит, это Никодимов правду говорил, он Уголовный кодекс знает, готовился загодя. Я уезжаю, поэтому хочу поинтересоваться лишь одним…

- Я п-п-при нем отвечать не стану, - Пшенкин кивнул на Никодимова, лежавшего на полу лицом вниз, руки за спиной в наручниках, неподвижен.

- Почему? Он теперь на пятнадцать лет - в лучшем для него случае - загремит, так что не бойтесь, он более не опасен…

Пшенкин покачал головой:

- Не буду…

- В комнату можно вас пригласить?

- Удостоверение предъявите…

Костенко достал свою пенсионную книжку; Пшенкин Долго елозил вытаращенными глазами по строчкам, потом покачал головой:

- Так вы ж отставник…

Костенко обернулся к одному из строиловских сыщиков:

- Покажи-ка ему свое удостоверение, сынок…

Только после этого Пшенкин вышел из кухни; Костенко присел на подоконник и, закурив искрошившуюся сигарету, жадно затянулся:

348