«Дети Арбата»

Мать угрюмо молчала, обо всем догадывалась, но не хотела говорить, боялась, что разговор обернется обвинениями. А что она? Хотела как лучше, все так-то делают, подумаешь, какая барыня! Да и он хорош, дорвался, шпарит ей копыта, меры не знает.

Юра поехал в больницу, но не вошел, прошелся в отдалении - боялся встретить Будягиных, боялся новых свидетелей. Чем меньше людей будет его видеть, тем лучше.

Он вернулся на Арбат, не из дома, а из автомата позвонил в больницу, спросил о состоянии больной Будягиной Елены Ивановны. «Состояние тяжелое, температура тридцать девять и восемь». Звонил каждый день и только к концу недели услышал: «Состояние средней тяжести, температура тридцать восемь и два». Еще через три дня: «Состояние удовлетворительное, температура нормальная». В конце второй недели Агахен Степановна привезла Лену домой.

Как раз в этот вечер мать спросила Юру:

- Как твоя краля-то?

Он усмехнулся.

- Жива-здорова, не кашляет.

Он не звонил ей, не знал, как она отнесется к его звонку: ни разу не пришел в больницу, не написал, никаких оправданий у него нет. Плевать! Правильно сделал, что не пошел! Ему надо знать только одно: сказала ли она кому-нибудь? Но поднять трубку не решался. И она тоже не звонила. Позвонила Нина.

- Юра, ребята собираются сегодня к Лене, пойдем?

- Сегодня я занят.

- Приедешь попозже.

- Я поздно освобожусь.

Звонила она сама или по просьбе Лены? Надо ввести ясность.

Он позвонил Лене. Услышал ее тихий, глубокий, ласковый голос:

- Наконец-то. Я так волновалась за тебя.

- Это я волновался за тебя.

- Я все время думала: как ты это переживаешь? Почему не приходил?

- Каждый день звонил, справлялся.

- Да? - радостно переспросила она. - Сегодня ко мне собираются ребята, может быть, приедешь?

- Не хотелось бы в такой куче.

- Я тебя понимаю, а когда?

- Позвоню.

107

Система Orphus

«Дети Арбат»