«Кортик»

Глава 10

Отъезд

Эшелон уже стоял на станции, и Миша с Генкой бегали его смотреть.

Красноармейцы строили в теплушках нары, в вагонах - стойла для лошадей, а под классным вагоном ребята высмотрели большой железный ящик.

- Смотри, Генка, как удобно, - говорил Миша, залезая в ящик. - Тут и спать можно, и что хочешь. Чего ты боишься? Всего одну ночь тебе в нем лежать. А там, пожалуйста, переходи в вагон, а я поеду в ящике.

- Тебе хорошо говорить, а как я сестренку оставлю? - хныкал Генка.

- Подумаешь, сестренку! Ей всего три года, твоей сестренке. Она и не заметит. Зато в Москву попадешь! - Миша соблазнительно причмокнул губами. - Я тебя с ребятами познакомлю. Знаешь у нас какие ребята! Славка на пианино что хочешь играет, даже в ноты не смотрит. Шурка Огуреев - артист, бороду прилепит, его и не узнаешь. В доме у нас кино, арбатский «Арс». Шикарное кино! Все картины не меньше чем в трех сериях… А не хочешь, оставайся. И цирка не увидишь, и вообще ничего. Пожалуйста, оставайся.

- Ладно, - решился Генка, - поеду.

- Вот и хорошо! - обрадовался Миша. - Из Бахмача напишешь отцу письмо. Так, мол, и так. Уехал в Москву, к тете Агриппине Тихоновне. Прошу не беспокоиться. И все в порядке.

Они пошли вдоль эшелона. На одном вагоне мелом написано: «Штаб». К стенам вагона прибиты плакаты. Миша принялся объяснять Генке, что на них нарисовано.

- Вот царь, - говорил он, - видишь: корона, мантия и нос красный. Этот, в белой рубахе, с нагайкой, - урядник. В очках и соломенной шляпе - меньшевик. А вот эта змея с тремя головами - это Деникин, Колчак и Юденич.

- А это кто? - Генка ткнул пальцем в плакат.

На нем был изображен буржуй в черном цилиндре, с отвисшим животом и хищным, крючковатым носом. Буржуй сидел на мешке с золотом. С его толстых пальцев с длинными ногтями стекала кровь.

35