«Кортик»

Между тем Кит, одной рукой проводя по затылку, другой тщетно пытался нарисовать лошадь. Ничего у него не получалось.

Борис Федорович постоял возле Кита, затем подошел к доске и начал показывать, что такое пропорции.

- Вам, Китов, - говорил Борис Федорович, рисуя мелом лошадь, - нужно больше живописью интересоваться, развивать художественный вкус. А вы ничем не интересуетесь. Ну-ка, назовите мне великих художников, которых вы знаете.

Кит не знал никаких художников и только сопел, вытаращив глаза на Бориса Федоровича.

- Что вы молчите? - спросил Борис Федорович. - Ведь вы были с нами в Третьяковской галерее. Вспомните, картины каких художников вы там видели. Вспомните, вспомните…

- Репин, - тихо прошептал Генка позади Китова.

- Репин, - громко повторил Кит.

- Правильно, - сказал Борис Федорович, заштриховывая гриву коня на своем рисунке. - Какие картины Репина вы помните?

- «Иван Грозный убивает своего сына», - подсказал Генка.

- «Иван Грозный убивает своего сына», - грустно повторил Кит.

- Хорошо, - сказал Борис Федорович, деля лошадь на квадраты. - Вспоминайте, вспоминайте.

- Романенко нарисовал лошадь, - давясь от смеха, прошептал Генка.

- Романенко нарисовал лошадь, - провозгласил Кит, и весь класс грохнул от хохота.

- Что? Что вы сказали? - Рука Бориса Федоровича повисла в воздухе.

- Он нарисовал лошадь, - повторил несчастный Кит.

- Кто - он?

- Ну… этот… как его… Романенко, - сказал Кит.

На этот раз никто не рассмеялся. Лицо Бориса Федоровича побагровело, усы оттопырились. Он бросил мел на стол и вышел из класса…

194