«Страх»

Шарок с удивлением воззрился на нее. Сын. Семь лет. Кто польстился на эту уродливую старуху с выпирающими зубами? И вот, пожалуйста, родила. Впрочем, в местах заключения любая баба - баба, хоть столетняя, с двадцать седьмого года по тюрьмам и лагерям, но вот забрюхатела, в ее-то годы, странно!

- Поздненько вы обзавелись ребенком.

- Моя забота.

- Конечно, - устало рассмеялся Шарок, - сработали… Так где он, ваш сын?

- Я у вас спрашиваю, где мой сын?! Меня привезли с Ангары в Красноярск, провели внутрь управления, Тарасик остался внизу, в приемной. Больше я его не видела. Меня вывели во двор, посадили в машину, потом в поезд и доставили сюда, к вам на Лубянку. В дороге я объявила голодовку, голодаю и сейчас, требую, чтобы мне сказали, где мой сын и что с ним.

Шарок с интересом смотрел на нее. Кажется, он получает свой шанс. Такие, как она, обычно не боятся за судьбу родных, они всех и вся отринули от себя во имя политики. Но эта старуха, оказывается, живет не одной политикой, она живет сыном.

- Напрасно голодаете, - сказал Шарок, - прекратите голодовку, помрете - ваш сын останется сиротой.

Он придвинул к себе чернильницу, блокнот.

- Точно: фамилия, имя, отчество ребенка?

- Фамилия моя Звягуро, зовут сына Тарас Григорьевич.

- Где его документы? Метрики?

- У него нет документов, нет метрик.

- Почему?

- А какое это имеет значение?

- Лидия Григорьевна, - мягко сказал Шарок, - я готов вам помочь. Органы, изолируя родителей, обязаны проявлять заботу о малолетних детях. О вашем ребенке, вероятно, тоже позаботились. Если это так, то надо правильно оформить документы, чтобы потом вы могли его найти. Если же он ушел из приемной сам, то объявим розыск. Для этого нужны приметы.

- Обыкновенный мальчик, семи лет, белобрысый, голубоглазый, не произносит «р», одет в белую рубашку и коричневые штанишки. Пальто из синего сукна, на вате, теплый серый платок, валенки… Документов при нем нет, у него вообще нет документов, это мой приемный сын, я его подобрала в Сибири, родители его погибли. Знает свое имя - Тарасик, знает меня как маму - Лидию Григорьевну.

Все ясно. Старая дева, привязалась к своему Тарасу, совсем ошалела, ради него пойдет на все.

- Усыновление оформлено? - спросил Шарок.

125

Система Orphus

«Страх»