«Страх»

- Не знаю, - засомневалась Софья Александровна, - ведь детей надо покормить, а где?

- Родители договорятся между собой. Увидите, к вам и другие будут проситься.

- Нет, больше четырех детей не надо, я за ними не угляжу.

- Конечно, - согласилась Маргарита Артемовна, - четырех достаточно.

Софья Александровна недолго водила группу - апрель и май, а потом дети разъехались, кто на дачу, кто в деревню к дедушкам и бабушкам.

 

Как-то во дворе Софью Александровну встретил управдом Виктор Иванович, остановился, спросил:

- Чего ребятишек не водите?

- Лето, кто на даче, кто в деревне.

Виктор Иванович помолчал, потом сказал:

- Сходите в Левшинский переулок, дом пять, в бюро инвентаризации, спросите Афанасия Петровича, скажите, что от меня, паспорт с собой возьмите. Там временно люди требуются, до осени поработаете.

Софья Александровна пошла в бюро инвентаризации, и ее взяли. Юна помогала другой женщине приводить в порядок документы, чертежи, планы домостроений, сметы. Все это давно не разгребалось, работы было много, довольно интересной: почти все дома Софья Александровна знала - Арбат и прилегающие переулки. Документы складывались в большие скоросшиватели, подшивались, ставились на полку в порядке нумерации домов. На столе лежал перечень документов, которым полагалось быть в инвентарной книге, и если их не хватало, то их надо было искать; иногда они обнаруживались в папке другого дома. И надо было проверить оформление: проставлены ли даты, подписи и тому подобное.

Софья Александровна все делала аккуратно, и начальница была ею довольна. Работали они в подвале, но в сухом. В зарешеченные окна на уровне тротуара даже проникал солнечный свет.

У них была электрическая плитка, чайник, они грели себе обед, кипятили чай, и Софье Александровне было здесь хорошо и уютно. Получала 70 рублей в месяц.

Но о своих детях в группе вспоминала часто, особенно часто вспоминала дочку Гуровых, Сонечку.

- Такая умная, одаренная девочка, - рассказывала она Варе, - такая переимчивая. Наслушалась дома сказок, если я задумывалась, спрашивала: «Что ты закручинилась, Софья Александровна?» А если кто ударился, говорила: «Ну не плачь, добрый молодец». Один раз сказала другой девочке; «Ну, давай играй, старая хрычовка!» Я ей говорю: «Сонечка, нельзя так говорить». А она отвечает: «Это в сказке дедушка так ругает бабушку».

Софья Александровна улыбнулась.

165

Система Orphus

«Страх»