«Страх»

Альтман выжидательно смотрел на Феоктистова. Но тот никак не реагировал на слова Вадима, даже головы не поднял.

- Ну что ж, запишем, - сказал Альтман.

Он долго писал протокол очной ставки, затем прочитал его. Вадим подтверждал в нем свои прежние показания, а в ответах Сергея Алексеевича на каждый поставленный вопрос стояло слово; «отрицаю».

- Правильно записано? - спросил Альтман у Вадима.

Все было записано правильно, но выглядело ужасно.

Вадим замешкался с ответом. Бессмысленным упорством Сергей Алексеевич гробил себя. Сам роет себе могилу…

- Гражданин Марасевич, правильно записано? - повторил свой вопрос Альтман, в его голосе слышалось нарастающее раздражение.

- Правильно.

- Распишитесь.

Он показал ему, где расписаться, и Вадим расписался.

- Гражданин Феоктистов, правильно все записано? Отвечайте!

- Отрицаю, - прошептал Сергей Алексеевич.

- Тут и написано: «отрицаю». Встаньте!

Сергей Алексеевич едва поднялся со стула.

- Подойдите сюда!

Шаркая ногами, Сергей Алексеевич подошел к столу.

Альтман придвинул ему протокол очной ставки:

- Прочитайте сами!

Сергей Алексеевич прочитал, мотнул головой.

- Вот здесь распишитесь!

Сергей Алексеевич расписался.

Альтман нажал на звонок, в дверях возник конвоир.

- Уведите!

Конвоир приблизился к Сергею Алексеевичу, взял его за локоть.

И в эту минуту Сергей Алексеевич поднял глаза на Вадима. У Вадима кровь отлила от лица.

- Эх, Вадим Андреевич, Вадим Андреевич…

Альтман ударил кулаком по столу:

- Разговорчики?! Увести!

Конвоир грубо потянул Сергея Алексеевича за локоть, толкнул и вывел из кабинета.

- Каков фрукт? - спросил Альтман. - Уже три месяца мы с ним волынимся. Упорная сволочь.

- И все из-за этого анекдота?

- Анекдот мелочь, - сказал Альтман, - там вещи посущественнее. Кстати, вам неизвестны знакомства Феоктистова с военными?

- С военными? Понятия не имею.

313

Система Orphus

«Страх»