Павел Нилин «Через кладбище»

9

Опять Василий Егорович с лопаткой и тележкой шел впереди. Михась следовал за ним. А позади, в некотором отдалении, плелся длинноногий и отчего-то печальный Феликс с кузнечными клещами на плече.

Изредка Феликс наклонялся, придерживая клещи больной рукой, находил в траве, в стороне от тропинки, ярко-красные бусинки ягод брусники, уже тронутые ночным морозцем. Бережно клал их на язык. Один раз удалось собрать полную горсть брусники. Догнал Михася, легонько толкнул в спину, показал ягоды:

- Хочешь?

- Давай, - сказал Михась. И, с удовольствием раздавив во рту холодноватые кисло-сладкие бусинки, впервые почувствовал, как хочется есть. Пожалел, что вещевой мешок остался в мастерской. Хорошо бы сейчас снова баранины с картошкой или хотя бы кусочек хлебца. В мешке у него полбуханки хлеба, вареные картошки и кусок сала. А Клавка, наверно, думает, что его уже поймали немцы. Никаких немцев тут нет. Тишина.

Василий Егорович опять закашлялся. Остановился.

Они стояли на взгорье, среди рыжих холмиков могил, утыканных деревянными, кое-где покосившимися крестами.

Василий Егорович прислонился к высокому, давно побеленному и облупившемуся кресту.

- Сырость, - как бы оправдывая затяжной кашель отца и как бы извиняясь перед гостем, показал на небо и на легкий туман над могилами Феликс.

Небо становилось хмурым, обложенным тяжелыми, цвета мокрого шлака тучами: вот-вот закапает дождь.

67

Система Orphus

Павел Нилин «Через кладбище»