«Водители»

- Просил, а машин нет.- Сергеев упрямо тряхнул головой.- Утречком позавтракаем, и поедешь.

- Это уже безобразие!

- Безобразие, а ехать не на чем. Не сгорит там без тебя. Ты что? Старика хочешь обидеть! Эх, Мишка, ведь ты мой воспитанник, чувствовать должен! Хоть ты и крепко шагаешь, а помни! Шагаешь - а помни!

- Куда это я шагаю? - Поляков усмехнулся.

- Правильно, пусть все видят, какие из нашей братии люди получаются. Вот что ты мне объясни. Что это я хотел спросить? Да… Почему у нас День автомобилиста не празднуют?

- Какой это день?

- Есть День авиации, День железнодорожника, День шахтера, а Дня автомобилиста нету, почему?

- Кто его знает… Профессий в Союзе много! Если каждую праздновать, календаря не хватит.

- Вот и не знаешь,- Сергеев улыбнулся,- не знаешь ты, милый человек, а я знаю.

- Почему же?

- А потому, что если для нас специальный праздник объявить, так мы всю водку выпьем, понял? Здоров наш брат пить! А почему, спрашивается? Работа такая. Он тебе и в холод, и в дождь, и в снег.

- Не так уж много шофер пьет,- возразил Поляков.- Все это больше разговоры.

- Да, конечно,- не стал спорить Сергеев.

Он встал, включил приемник.

- Люблю,- сказал Сергеев. Густым, низким басом, еще больше картавя, подтянул:


Вот мчится тройка удалая…

Вдоль по дороге столбовой…


Он замолчал, голова его упала на грудь. Песня стонала и жаловалась:


Теперь я горький сиротина…


100