«Звёздные трагедии»

В своей книге Тихонов про ленинградский скандал не упоминает, но достаточно места отводит своим отношениям с Александровым. Цитирую: «Начав работать с командой, вплотную познакомившись с хоккеистами, я увидел, что Борис - парень, безусловно, одаренный, талантливый, но уж очень избалованный и не то что капризный, скорее, просто вздорный. Боюсь, что уже таким он попал в ЦСКА.

Я поразился, услышав, как плохо отзывались о нем хоккеисты. Иногда ложно понимаемое товарищество побуждает спортсменов защищать своего провинившегося партнера, но здесь все, к сожалению, было проще: команда не пожалела Бориса и рассталась с ним без особых, прямо скажем, огорчений. Знаю, что хоккеисты без подсказок тренеров пытались что-то объяснить Александрову, спорили, ругались с ним, причем воевали с ним игроки с разными взглядами и темпераментами, разного возраста. Предлагали отчислить Бориса из команды и Анатолий Фирсов, и Геннадий Цыганков…

В лучшие годы Александрову были свойственны необычная обводка, смелость, игровая сметка. Его напористость и удачливость бросались в глаза. Впрочем, в глаза бросались и его грубость, хамство, откровенная неприязнь к соперникам… Дисциплины для Бориса не существовало. Я наказывал его уже не раз и по-разному: снимал с игры, выводил из состава команды до конца сезона. Он каялся, просил простить его в последний раз. Прощали, но все опять начиналось сначала…»

Отправляя Александрова в Липецк, Тихонов обещал ему, что в случае примерного поведения там его обязательно вернут обратно в ЦСКА. Но тренер лукавил. За все время пребывания Александрова в Липецке ни один из действующих тренеров ЦСКА туда не приезжал и его житьем-бытьем там не интересовался. Приезжал только один Анатолий Тарасов, который искренне переживал за талантливого хоккеиста, но посодействовать ему в деле возвращения в ЦСКА не мог - с мнением великого тренера в армейском клубе уже не считались.

237