«Страх»

- Елизавета - дрянь, не предупредила меня.

- А если бы предупредила? Что меняет? Уехал бы раньше, не оформив документы. На новом месте было бы еще хуже.

- Это верно, - согласилась Люда.

Она придвинулась к нему, обдало в темноте знакомым запахом, погладила по голове.

- Горемыка ты, опять понесет тебя по свету, - она убрала руку. - Егорыч утром сказал: «Квартиранта моего в милицию вызвали». Я сначала подумала - по шоферским делам. А потом рабочий у нас один при кухне, как у тебя отметка в паспорте, на работу не вышел. Пришел часов в двенадцать, говорит: «Увольняйте, уезжаю», ну, в общем, все узнали, что и как. Я кинулась к тебе - дома нет. Побежала к Лизке на работу, а там не протолкнешься. Много народу повысылали.

- Компания большая, - засмеялся Саша.

- Михайлова уже нет, - сказала вдруг Люда.

- Какого?! Секретаря обкома?!

- Да. Кругом берут, так что, может, и лучше, что уезжаешь.

- Может быть… Других твоих знакомых не тронули?

- Н-нет… Про Ангелину думаешь? Так ведь у нее паспорт чистый. Те, кому в тридцать третьем году отказали в паспорте в Москве и Ленинграде, здесь паспорта получали, чистые, без всяких пометок, - она вздохнула.

- Да, - сказал Саша, - я это знаю.

- Полно таких случаев, - подтвердила Люда, - вот и Глеб Дубинин, его в тридцать третьем тоже из Ленинграда поперли.

- Глеба? За что?

- Мать у него то ли из поповской семьи, то ли из дворянской. Он тоже здесь паспорт получал.

- Зачем же уехал?

- Халтурить. Я Ганну видела, говорит: «В Уфу они уехали с Семеном Григорьевичем, сшибут монету, вернутся».

Уфа! И там живет родственник тети Веры. И Вера уже написала ему.

- Точно они в Уфу поехали?

- Точно. Сказал Ганне: «Пиши мне - Уфа, Центральный почтамт, до востребования». Он за свою тетушку беспокоится, боится, концы отдаст. Ну и приказал Ганне: «Заходи иногда к ней, справляйся, в случае чего, дай телеграмму».

Они помолчали, Люда тронула его руку, взяла в свои.

- Ты не в обиде на меня?

- За что? Как я могу на тебя обижаться? Наоборот!

Она слушала, уставившись глазами в пол, потом подняла голову…

- У меня… - она запнулась, - даже не знаю, как тебе сказать… В общем, есть у меня человек, хороший человек, любит меня. Скоро к нему в Москву уеду. Верит он мне, и я его уважаю, не хочу обманывать. С тобой… С тобой совсем другое. Резанул ты меня по сердцу тогда в кафе, в первый вечер, помнишь? А уж у Ангелины, как поняла, что ты из заключения, сразу образумилась, решила - в моем положении не имею права с таким связываться. А в машине Леонидовой опять как представила, что не знаешь ты, куда тебе ехать, нет у тебя ни дома, ни работы, не выдержала. Думаю, не простит мне этого Бог никогда. Я тобой, Саша, перед Богом хотела оправдаться. Не покинула я бездомного в несчастье, не оставила на улице, и мне Бог простит, что увожу отца от ребятишек, сама без отца росла, плохо, Саша, без отца расти. А я увожу его.

492

Система Orphus

«Страх»