«Тайна Кутузовского проспекта»

Стоп, остановил себя Костенко, а ведь группу по Фёдоровой окончательно раскассировали недели через две после того, как умер Андропов, а Черненко стал Генеральным… Точно! Вон оно куда тянет, а мы, дурни, дальше собственного носа ничего не видели… Вот уж воистину, лучше свобода - с карточками на сахар, чем коррумпированная тирания, смысл которой - оболванить народ, лишить его права на мысль, слово, несогласие, альтернативу… Неблагодарные мы люди… Черт, но кто ж из наших говорил мне тогда, когда я особенно активничал: «Голову сломишь, Славик, не высовывайся, все сложнее, чем тебе кажется…»

И Костенко вспомнил этого человека - Дима Степанов, он, точно.

- Я чай завариваю особый, мил-душа, - продолжал между тем Иван Иванович. - Зверобой, брусничный лист, шиповник…

- … валерьяновка, пустырник, - добавил Костенко, - и почечный брикет…

- Слежку за мной поставили? - усмехнулся генерал.

- Я отставник, не в моей власти, просто одним недугом маемся, - ответил Костенко. - Я этим чаем держусь последние семь лет…

- Вы что-то очень важное вспоминали, мил-душа?

- Точно. Плохой я сыщик, если вы смогли прочесть это на моем лице…

- Какой вы сыщик - не знаю, а вот я прокурор - отменный, честно признаюсь… Я ведь до этого в ЦК работал, у Кузнецова, убиенного Сталиным, Маленковым и Берией…

- Вас чаша миновала?

- Представьте - да. Но я всегда старался как можно меньше попадаться на глаза начальству. Тихо делал свое дело - и точка… Потом я не курировал органы, а только готовил проекты речей, следил, сколько раз упомянуто имя Сталина, какие оценки даются его теоретическим работам и практической деятельности… После ареста Кузнецова пару раз со мной провели беседу, вызвал Георгий Максимилианович, передвинули в ВЦСПС, на этом все кончилось… Кстати, о Фёдоровой… Вы не поднимали дела, кто ей дал квартиру на Кутузовском проспекте? Это - симптоматично, там чаще жили те люди, к которым был интерес у первых лиц, режимный проспект, режимные дома…

34