«Тайна Кутузовского проспекта»

- Убийство.

- Рэкет?

- Нет.

- Хм… А каковы побудительные причины?

- Не знаю. Поэтому прошу о встрече…

Оттуда же, из ресторана, позвонили Людке. Заспанная бабулька ответила раздраженно, с надрывной обидой:

- Побоялись бы Бога, в такое время тревожить..

- Люда сама просила, это Аршанский, председатель, - ответил Костенко, - из кооператива…

- Аршанский, Засранский, какое мне дело?! Увезли Людку, взяла сумочку, намазалась и укатила. Сказала, что на час, а уж два ночи, стерьва поганая!

- Это будет второй труп у тебя сегодня, Глинский, - прикрыв трубку, шепнул Костенко. - Звони в прокуратуру, доставай понятых, гоним к старухе.

- Прокуратура потребует оснований, Владислав Романович… Не дадут они постановления… Костенко дал Глинскому трояк.

- Купи шоколадку, ладно? … Бабулька дверь не открывала:

- Ракитники, - причитала она, - смотрите, вымогатели паскудные, я уж ноль-два набрала, тикайте добром…

- Ракитники - это как? - Костенко недоуменно оборотился к Глинскому.

- Рэкетиры, - ответил тот. - Россия чужие слова трудно приемлет.

- А - бюрократ?

- На это есть свое: «волокитчик», «супостат», «коваристый», «сутяга»…

- Соседей будить неудобно, про «ноль-два» она лапшу на уши вешает, - заметил Костенко. - Дура баба, сейчас ее внучку где-то топят или жгут, а она - вишь ты, а?

44