«Тайна Кутузовского проспекта»

- Кто такой?

- Я же не знаю твоих знакомых, Славик; Птицын и Птицын… Сказал, что он тебе очень нужен…

- Наверное, из Совета ветеранов… Телефон оставил?

- Нет.

Костенко начал уплетать картошку, усмехнулся:

- Найдет, если он мне нужен… Если б я ему понадобился - тогда другое дело… Заметила, как мы разобщены и не умеем друг другом пользоваться? Нет, не шкаф достать или там заказ к празднику - а в общем государевом деле… Погоди, Маня, - он вдруг поднялся. - А ты фамилию не спутала? Может, Ястреб звонил?

Она расхохоталась:

- Точно, Ястреб, я ж говорю, птичья фамилия!

… В киоске Ястреба горел свет; Костенко постучал в дверь, никто не откликнулся; странно. Он обошел киоск, выискивая щелку, чтобы заглянуть внутрь: по всем законам свет ночью в киоске должен быть выключен. Впрочем, у него здесь все схвачено, подумал Костенко. Этому закон не писан. Щелочку он нашел между портретами Пугачевой и Высоцкого; первое, что увидел, была бутылка коньяка, почти до конца выпитая, три бутерброда; левая нога Ястреба была неестественно задрана, словно бы вывернута и мертво лежала на коечке, покрытой аккуратным ковриком…

40