«Следствие продолжается»

Автокатастрофа перечеркнула все планы. Машину, в которой ехали они с мужем, отправили в металлолом. Анджей повредил позвоночник, перенес несколько операций, нуждался в дорогостоящем лечении. Татьяна пострадала не меньше: тяжелый перелом руки, сложнейший перелом бедренной кости. Рука срослась, и в бедро вставили пластину. Но операция по металлоостеосинтезу не прошла бесследно. Хотя Татьяна не показывала вида, ее беспокоили боли, мучила бессонница. Иногда, чтобы снять стресс, она прибегала к алкоголю. Постепенно это вошло в привычку, стало чем-то вроде таблетки анальгина при мигрени…

Промаявшись до вечера, Татьяна позвонила подруге:

— Ты дома? Я заскочу.

Накинула пальто, на ходу крикнула маме, что едет отдать платье Лене, закрыла за собой дверь.

…Примерно в одиннадцать вечера матери Татьяны позвонила подруга Лена:

— Где Таня, жду ее второй час.

— Она около девяти уехала. Может быть, в магазин зашла?

— Да у нее и денег-то не было, — отвергла предположение подруга. — Она звонила с чьего-то мобильного, просила вынести сто рублей, за машину расплатиться.

— И что же?

— Простояла у подъезда, пока не окоченела. Куда она делась?

Даже мать, для которой эксцентричность дочери была привычной, тоже забеспокоилась. Но впадать в панику женщины не стали. В конце концов, Таня не ребенок. Могла неожиданно передумать, уехать к кому-то из знакомых, встретить на улице друзей. Да мало ли что могло произойти? Позвонит: знает ведь, что о ней беспокоятся.

Но Таня не позвонила ни через час, ни позже. Она не позвонила никогда.

Утром 20 декабря 2000 года мать девушки отправилась в отделение милиции. Дежурный внимательно выслушал взволнованный рассказ женщины, задал несколько дополнительных вопросов и равнодушно произнес: «Ну что вы так нервничаете? Найдется ваша дочь. Дело-то молодое…» И посоветовал прийти через три дня. Дескать, чего раньше времени горячку пороть, людей понапрасну беспокоить.

145