«Ликвидация»

Осторожно ступая по половицам и на ходу пряча в карман связку отмычек, Довжик подошел к двери, ведущей в небольшую комнату. Настороженно обернулся, держа в руке пистолет, - в коридоре по-прежнему никого не было… Глубоко вздохнул и толчком ладони распахнул дверь.

Сидящая на диване худенькая стройная женщина молча взглянула на нежданного визитера. Она не испугалась, увидев пистолет в руках гостя, только слегка подняла красиво очерченные брови.

- Чего смотришь?.. Я от Чекана…

- От кого? - еще выше, теперь уже недоуменно вскинула брови Ида.

- Что ты мне дурку строишь! - прошипел Довжик. - От Чекана! Собирайся, живо…

- А ты кто?

- Конь в пальто, - буркнул Довжик, пряча оружие в кобуру. - Зови пока что мусором…

- А не обидно? - хмыкнула Ида.

- Привык уже… - Довжик устало опустился на стул, потирая лоб. - Давай пошевеливайся… Нас Академик ждет.

Секунду Ида раздумывала, потом грациозно поднялась с дивана:

- Отвернись только… Я должна одеться.

***

- …Бегал тут всю дорогу поначалу, даже шайку думал себе сгоношить, - рассказывал Гоцман, прихлебывая чай. - Ну а потом взялся за ум. После мореходки подался сюда. Закончил курсы младшего начсостава… К сороковому году был сержантом, к сорок первому - младшим лейтенантом… три «кубаря», как у армейского старлея… А потом началось. Июнь-июль еще гонял за ворами, а потом, 22 июля, когда первый сильный налет на Одессу был, сказал «ша»… Ох, жуть тогда с непривычки брала… Бомбежки ж до этого только в кино видели, про Испанию там. А тут «хейнкели» и «дорнье» рядами, порт горит, и все бомбы - по центру, по центру… У Фимы

396